Сразу после дневки оба отряда разделились. Отряд Горлохватова ушел на северо-запад, а отряд Грауля двинулся на юг.

До пункта назначения отряд Грауля добрался уже в сумерках. Пока разбили лагерь, на предгорья Витватерсранда опустилась ночь. Ближе к полуночи, когда все улеглись, а у почти потухшего костра остался сидеть только командир, взявший на себя первую стражу, один из улегшихся зашевелился, приподнялся, а затем встал и подошел к командиру, уселся рядом с ним на ствол поваленного дерева.

— Мы уйдем из Трансвааля, отец? — негромко спросил Пауль спустя некоторое время.

— Да, сын, — с легкой заминкой отозвался Гоорт Грауль.

— Почему?

Грауль тяжело вздохнул:

— Для буров здесь больше нет места.

— Но почему?

— Ты хочешь остаться с англичанами?

Пауль пренебрежительно фыркнул. Мол, видел он этих англичан, умирают ничуть не хуже диких свинок.

Грауль-старший грустно усмехнулся. Юности свойственна как бескомпромиссность, так и недальновидность. Его сын все так же горит желанием убивать захватчиков, попирающих сапогами их любимую родину, убийц, замучивших до смерти его мать, младших братьев и сестричку. Но он не думает, что очень скоро ему просто неоткуда будет брать не только патроны для винтовки, но и просто еду. Благодаря политике выжженной земли в округе уже не осталось бурских ферм. Большинство их обитателей ушли на восток, остальные томились в концентрационных лагерях[65] англичан или уже сгинули там. Он не думает, что англичане покрывают их страну сетью блокгаузов и скоро мимо них сложно будет проскользнуть даже мыши… Впрочем, и сам Грауль еще несколько часов назад не думал об этом. Его мысли были сосредоточены на одном — убивать англичан. Убивать там, где он их только встретит. Убивать как можно больше и чаще. Убивать, убивать, убивать…

Гоорт Грауль протянул руку и потрепал сына по волосам.

— Петр прав. Я нужен нашему народу. Да и ты тоже.

— Я? — удивился Пауль.

— Ну ты же знаешь русский язык, — пояснил отец.

Пауль задумался, а затем понимающе кивнул. Дети почти всех сотрудников компании знали русский язык, поскольку владелец Трансваальских золотых приисков, великий князь и дядя русского императора, открыл в штаб-квартире, а также в Крюгесдорпе и других городках, расположенных на территории его поместья, школы, которые были еще одним раздражающим фактором для местных протестантских проповедников. По мнению проповедников, максимум, что должен уметь истинный бур, — это читать Библию. А главная его задача — обрабатывать землю, дарованную им Господом, и слушать старших. Программы же школ, которые сразу стали называть «русскими», были таковы, что далеко выходили за пределы этих рамок. Но сейчас люди, окончившие эти школы, для буров были на вес золота…