Словом, за стол мы уселись просветленные, а я вдобавок еще и в мокром, хоть выжимай, кафтане. Зато будничная утренняя трапеза превратилась в праздничную, не глядя на продолжающийся Филипповский пост. Правда, скоромных кушаний не имелось, но зато настрой у всех сидящих был о-го-го! Я не говорю про своего брательника, который чуть ли не парил над столом, взирая на меня с немым обожанием, и про матушку настоятельницу, которая млела, глядя то на меня, то на своего сы… виноват, воспитанника. Даже Ксения так сильно радовалась за меня, что на время совсем забыла о нашем грядущем расставании.

К тому же поверьте, что хороший медок идет так же чудесно не только под мясное, но и под пироги с начинкой из стерляди, из грибов и из ягод. Причем каждый из них именовался наособицу – один подовый, другой – блинчатый, третий – пряженый, четвертый – соленый, а пятый игуменья и вовсе назвала икряником. Сами меды тоже были не простые, и игуменья, то и дело наливая мне в кубок, настоятельно рекомендовала отведать то белого, то обарного, а то какого-то поделного. Однако я держался, поскольку помнил, что надо бы сегодня выехать обратно, но куда там.

Как говорится, бог не дал. Точнее, это была богородица…

Глава 34 Икона и… проклятые сокровища

Глава 34

Икона и… проклятые сокровища

Дело в том, что царевна выразила желание поклониться иконе, которая чудесным образом объявилась в этих краях, дабы испросить у нее благословения на меня, мое воинство и вообще на всю военную кампанию. Причем поклониться ей в одиночку она не желала – непременно со мной, да и матушка настоятельница, стоило мне начать отнекиваться, так удивленно на меня посмотрела…

Словом, пришлось ехать к соседям на ту сторону реки, то бишь в мужской монастырь. Держа в памяти, что у меня в запасе всего один день, я еще надеялся успеть полюбоваться явленным образом, коротенько помолиться на него и быстренько отправиться в дорогу, благо что ратники были готовы – только свистнуть, и они в седлах. Однако не тут-то было. Пришлось битый час выслушивать лекцию про то, как «сей чудный образ, ангелами невидимо носим, светозарно шествовал по воздусям» из одного местного селения в другое, очевидно, в поисках местечка посимпатичнее. Слушая монаха, я периодически с тоской поглядывал на узенькое слюдяное оконце. Светлое в начале чтения сказания, оно заметно потемнело ближе к концу.

К тому же когда иконе наконец-то надоело блуждать по местным окрестностям и она обосновалась на одном месте, начались свершаемые ею чудеса.

Кстати, поведение самого Александра мне, честно говоря, пришлось не по душе – очень уж набожный. Понимаю, что все дело в воспитании – торчи я с малолетства в монастыре и ошивайся по кельям, глядишь, стал бы таким же, а то и еще хуже. Но куда его такого на войну? Разве что подменить священника, если срочно понадобится отпустить грехи умирающему или отпеть погибших, вот и все, а махать сабелькой – увы. Не убий. Непонятно только, почему он так рвется поехать со мной.