— Нет. — Префект стрельнул грозно глазами в сторону капитана ладьи.

— А когда носитель получает умения заживления ран?

— Ну, по-разному. Да и то надо вначале второй щит вырастить. А потом долго учиться, от года до двадцати лет. Правда, порой и исключения бывают: только двущитным стал, и уже может небольшие ранки заживлять.

— Ну вот, а мой товарищ меня сразу ночью и подлатал после ножевого ранения.

— Можно глянуть? — Префект непроизвольно привстал со своего жесткого стула.

— Чего там глядеть? Даже шрама не осталось.

— Тем не менее! Я рассмотрю! — А когда Леонид и в самом деле показал кожу на ребрах и даже разрешил пощупать, Мелен Травич хлопнулся задницей обратно на стул и потрясенно прошептал: — Такого не бывает!

— Не бывает, ну и ладушки! — согласился мой друг, возвращаясь к прерванному завтраку, — Блины вон стынут.

Старший префект если и надоедал после этого своими вопросами, то недолго. Только и переспросил пару раз, ручаемся ли мы за то, что намерены плыть прямо в Рушатрон. Мы ручались. Тогда поинтересовался, не откажемся ли мы от дополнительной охраны в связи с ночным инцидентом. Мы переглянулись, немного подумали и не отказались. Только я сразу строго добавил:

— Сами понимаете, места у нас свободного нет, ладья маленькая.

Мелен Травич понятливо кивнул, вежливо распрощался и убежал в порт. Из чего мы сделали вывод, что ушлый служака нам обязательно навяжет на борт пару, а то и тройку лучников. Так сказать, и для общей охраны, и чтобы мы никуда не сбежали. Даже обсудили это вопрос с капитаном, который, попивая поданное в угощение вино и заедая блином, рассуждал с похвальным практицизмом:

— А что, две пары рабочих рук и два лука нам на борту не помешают. Подвесим для них гамаки вдоль надстройки, и пусть себе в свободное от вахты время отсыпаются.

И капитан ошибся, и мы погорячились, когда дали согласие на охрану. Во время обеда мы отплывали из порта в сопровождении сразу двух быстроходных и узких баркасов. Причем на каждом из них находилось по восемь воинственных на вид матросов и по одному десятнику. Ну а сам старший префект взошел к нам на борт со своим немалым вещ-мешком и, укладывая его возле приготовленного гамака, только виновато развел руками:

— Что делать! Командование так распорядилось, и не мне обсуждать их приказы.

Мы с Леонидом несколько ошарашенно переглянулись, подумали об одном и том же и поспешили за обеденный стол. Своих матросов мы сегодня угостили на славу: заслужили после ночного боя. Капитану досталось еще больше, а потом мы под видом сиесты отправились в свою каюту и тщательно разобрали наши арбалеты.