«Ни в коем случае».

«Что за нонсенс?! Ты сам себе противоречишь! Коль жена – значит, наездница? Почему же иная не сможет быть на их месте?»

«Сможет, если выполнит определённое условие». – Ох и нелегко с этим чипом! Но я его, редиску, дожму:

«И в чём это определённое условие заключается?»

«Женщина должна либо родить от Иггельда, или стать от него беременной».

«Ага! – всё ещё настроенный на иное, усердствовал я. – Значит, женщина должна быть особенно здорова? Полноценна во всех смыслах?»

«Нет. Именно быть беременна в актуальное время от тебя, или уже являться прежде рожавшей от тебя ребёнка».

«Э-э-э?.. – Тут моё сознание начало накрывать чем-то отчаянно-печальным. – Ты о чём?.. Какая беременность?!. На Дне разве могут женщины беременеть?!.»

«От Иггельда – могут».

«И-и-и… все три мои жены… уже… того?..» – Я не завершил своё предложение полностью, но эта чёртова ехидная информационная структура проявила впервые странную инициативу, соблаговолив ответить на так и не заданный вопрос:

«Даю позитивное подтверждение на твой вопрос. Все три твои супруги беременны. Как Иггельд, ты можешь в этом удостовериться самостоятельно!»

Вот тут меня и пришибло окончательно. Не знаю, сколько я так просидел с отвисшей челюстью, ошарашенный нежданной новостью о будущем отцовстве, но меня вернул в окружающий ад вопль Степана Живучего:

– Командир! Что с тобой?! Мы все ждём от тебя ответа, а ты словно ума лишился!

– Ась?.. Ответа?.. На что? – не так меня интересовало любопытство окружающих, как просто хотелось как можно скорее остаться в одиночестве и обдумать собственное горе.

– Ну как же, раз ты молчал, предоставляя право решать нам самим, то мы постановили и практически единогласно проголосовали: немедленно отправляемся в Иярту. Наши женщины уверены, что именно там они смогут жить в полной безопасности и счастье до самой глубокой старости. Ты как на это смотришь?