Говорит гладко, но верно! Действительно, инквизиция ведь не боролась, например, с мусульманами? И евреи-ортодоксы тоже были не в ее компетенции. Инквизиция занималась исключительно своими, кто от Веры отошел (атеисты и сатанисты), или исказил (протестанты, или еретики), или принял для вида, втайне поклоняясь иным богам (крещеные евреи). И отнюдь не считалось за доблесть сжечь как можно больше народа — дознаватели-инквизиторы были, как правило, не тупыми палачами, а наиболее образованными в Церкви людьми. Так что Контора Лазаревой и Пономаренко и в самом деле на инквизицию похожа — если коммунизм за религию считать, а Партию за Церковь ее. Вот только к чему все это, что Его Святейшество от нас хочет?

— Только взаимодействия, дети мои! Если уж мы стремимся к одной цели, сделать человечество ближе к Богу. Ведь вы синьор, и вы, синьора, пока состоите в Ордене Рассвета в невысоких рангах — но что будет завтра? Однако синьора Лазарева, бывшая в Киеве легатом вашей Инквизиции, с полномочиями, выше любой местной власти, лишь немногим старше вас, синьора Смоленцева. Кстати, с ее стороны была большой неосторожностью — излишняя публичность!

И Папа выложил на стол несколько фотографий. Москва, 16 июля, день Парада Победы — и там мы все: адмирал Лазарев, Анна, я, Лючия, в окружении гарибальдийцев, участников парада. Ну да, вспоминаю, это уже к вечеру ближе было, и мелькали там корреспонденты с фотографами, и настроение у всех было празднично-благодушное, Победа наконец, после трех лет войны, сейчас совсем другая жизнь начнется — и одни друзья кругом! Однако же, в газетах эти снимки так и не появились, Кириллов оказался на высоте! Мне перед самым отъездом во Львов успел еще разнос устроить, товарищ Смоленцев, если вам своя жизнь не дорога, то о выполнении задания подумайте, среди бандеровцев и образованные есть, причем как раз в штабах и СБ, и они тоже, представьте, московские газеты читают — а если вам придется по ситуации, как некоему Владимиру Шарапову, что тогда? Наверное, и с Лазаревой у него разговор состоялся, если она в Киеве под чужой фамилией была. Но как кадры у попов оказались?

— Мелкий недосмотр, с вашей стороны, дети мои. Сохранилась одна пленка, негативы. И тот, кто сделал ее, вовсе не враг, а из самых лучших побуждений, «для истории» оставил фотографии себе. А после не сдержался отдать их, нет, не в газету, это ведь было запрещено! — а для выставки в витрине «Лючии», где вы, синьора, шили платье, кстати оно очень вам идет. Тут уж пришлось вмешаться нашей Службе, так что не извольте беспокоиться, фотографии изъяты. А дальше — нам легко было сопоставить словесное описание той, кто удержала Киев под рукой Маршала Сталина, и одну из персон на фото. Как и то, что пока вы, сеньор Смоленцев, воевали в Галиции, ваша супруга отбыла из Москвы вместе с Лазаревой — вероятно, проходя у нее школу, как издавна заведено и у нас? Кстати, синьора, позвольте полюбопытствовать, ваш ранг в «Рассвете» ведь уже не «нумерарий»,[45] а «сержант», как к вам обращался ваш супруг?