– Да понял я, понял, – выйдя из себя, пьяным буйволом взревел Изя. – Сказал же, дай три дня, все будет. И винтики в нужных местах поставлю, чтоб ты мог тот прицел подправлять, как тебе надо. В общем, все будет, как ты нарисовал. Тут кислоту тебе привезли, – помолчав и успокоившись, добавил он.

– Денег сколько и когда? – деловито уточнил Елисей.

– Потом разберемся, – отмахнулся здоровяк.

– Ох, Изя, в который раз спрашиваю, кто из нас еврей, – расхохотался парень.

– А то ты сбежишь куда, – фыркнул здоровяк, усмехнувшись в ответ. – Сам же через два часа прибежишь, еще какую придумку принеся.

– Это да, – продолжая посмеиваться, согласился Елисей. – Тут прямо скажу, повезло мне с тобой. Мастер, каких поискать. Только дурной по жизни, словно увалень деревенский.

– Чего это я дурной? – удивился Изя.

– Из-за вопросов твоих, – коротко объяснил Елисей, постучав согнутым пальцем себе по лбу. – За такие вопросы, мявкнуть не успеешь, как в кутузке окажешься и меня за собой утянешь.

– Ну, извини, – развел здоровяк руками. – Я уж который день в себя прийти не могу, после тех известий. Там, говорят, такая бойня была, что и глянуть страшно.

– Больше слушай, – отмахнулся Елисей. – Забыл, как простая шутка может сплетней обернуться?

– Это да. Это запросто, – закивал Изя. – Ты мне вот что скажи, а такие приборы, они у военных как, спросом пользуются?

– А сам как думаешь? – хмыкнул Елисей. – Особенно ежели стекла ровные, и картинка в них не размывается.

– И прицел твой тоже? – не унимался здоровяк.

– А вот тут смотреть будем, – задумчиво качнул парень головой. – Таких прицелов тут еще не используют.

– А где используют? – тут же заинтересовался Изя.

– За границей. Не помню, то ли в Англии, то ли в САСШ, – ушел парень от прямого ответа.

– А ты о них тогда как узнал? – растерялся здоровяк.

– Самому бы знать, – снова помрачнел Елисей.

– Ох, прости, – сообразив, что влез, куда не надо, повинился Изя.

– Да ладно. То не твоя вина, а моя беда. Ты ручки для письма сделал? – сменил Елисей тему.

– Пять штук, – гордо кивнул мастер. – Разбираешь ее, сверху шпенек покрутил, когда перо в чернила опустил, и пиши три дня где угодно.

– Не текут? – деловито уточнил Елисей.

– Обижаешь, – фыркнул Изя.

– Молодец. Одну ручку перед отъездом мне отдашь. Буду в крепости господ офицеров ею соблазнять, – усмехнулся парень, подмигнув партнеру.

– Так возьми сейчас, – пожал Изя плечами. – Ты ж на базар пойдешь?

– Ну да.

– Вот там ее и покажи. Вроде что-то на бумажке на ходу пишешь.

– Согласен. Давай, – тут же поддержал Елисей идею.

– Ты когда обратно собираешься? – спросил здоровяк, передавая ему уже заправленную так называемую «вечную» ручку.

– А что, надоел уже? – поддел его Елисей.

– Да ну тебя, – возмутился Изя. – Мне наоборот лучше, когда ты в доме ночуешь.

– Чего так? – удивился Елисей.

– А ты с оружием, – вздохнув, нехотя признался здоровяк. – Вроде мужчин в доме хватает, да сам знаешь, не воины мы. А тебя вон даже офицеры не задевать стараются. Околоточный, и тот первым здоровается.

– Ну, так-то да, – протянул Елисей. – Ладно, пойду. Нужно еще капсюлей и свинца прикупить.

– Куда тебе столько? – удивился Изя.

– Так в крепости все это взять негде. Так что пусть лучше запас будет. А то мало ли чего. Вдруг война, а я уставший, – с усмешкой пояснил парень.

– Ты смотри, чтоб под таким весом телега не развалилась, – поддел его Изя.

– Вот так и знал, что ты мне порченую продашь, – не остался в долгу Елисей.

– От же язва, – расхохотался здоровяк.

Посмеиваясь, парень вышел из лавки и отправился на базар. Настроение было отличным. Мало того что все задуманное было сделано, так еще удалось добыть то, о чем он только мечтал. Изя действительно был великолепным мастером. Рассмотрев Елисеевы каракули, где он изобразил подобие оптического прицела, он моментально уловил суть и даже внес несколько толковых советов.

Осторожно разобрав две трубы, он буквально на коленке соединил две линзы из разных комплектов, получив примерно пятикратное увеличение, и я, услышав от Елисея горячее одобрение такой новации, обещал все сделать за три дня. В сроках парень не сомневался. Если здоровяку работа была интересна, то он уходил в нее с головой и не успокаивался, пока не достигал результата. И вправду мастер золотые Руки.

Добравшись до базара, Елисей прямым ходом отправился в оружейные ряды. Продавцы, уже знавшие его в лицо, сразу предлагали нужный товар по ценам, гораздо ниже обозначенных официально. Все равно выторгует. Именно так ему и было объявлено, когда парень удивился таким предложениям в первый раз. В общем, уже через час он шел обратно, нагруженный очередной коробкой капсюлей и тремя прутами свинца. Его стараниями этот товар уже начал становиться в лавках дефицитом.

Оставив все купленное в своей комнате, парень снова вышел на улицу и отправился в казармы, узнать, как продвигаются дела по снабжению крепости. Но за очередным поворотом его окликнули. Оглянувшись, парень увидел спешащего к нему Митю и, удивленно хмыкнув, проворчал себе под нос:

– И чего тебе надобно от меня, вьюнош?

– Здравствуйте, Елисей, – радостно поздоровался студент.

– И тебе не хворать, Митя. Куда спешишь?

– Я признаться, вас искал.

– Меня? С чего бы? – удивился парень.

– Я решил поступить на службу в армию, – огорошил его Митя.

– Зачем? – тупо спросил Елисей, не веря собственным ушам.

– Как зачем? – растерялся Митя. – В нашей семье все служили. И деды, и дядья, и отец мой. Да я же вам рассказывал.

– Это понятно. А тебе-то зачем? Да и что ты умеешь? Ну сам подумай, куда тебе воевать, с твоим зрением?

– Вы правы, конечно, – смутился студент. – Но тут вот какое дело. Я уже узнавал в штабе. Меня могут взять вольноопределяющимся, на должность писаря. Почерк у меня хороший, да я еще и трем языкам обучен. В общем, вроде и на службе, и воевать не надо, – смущенно улыбнулся студент.

– А маменька твоя как же? – спросил Елисей.

– Так это она и посоветовала, – открыто улыбнулся Митя. – Понимаете, Елисей, как вам известно, с деньгами у нас негусто, а тут жалованье регулярное будет. Я тогда смогу половину маменьке передавать, а она на те деньги будет тут жить и лечиться.

«Блин горелый, и даже логика какая-то в этом бреду есть, – лихорадочно думал Елисей, не зная, как реагировать на услышанное. – Хотя, если его при местном штабе оставят, то может и выгореть. Главное, чтобы в крепость не отправили или еще в какую дыру».

– Ну что вы молчите, Елисей? – затеребил его Митя, перетаптываясь на месте от возбуждения.

– Да вот думаю, то ли обругать тебя за такие фантазии, а то ли самому в штаб отвести, – проворчал Елисей, почесывая в затылке.

– А еще маменька очень хотела о чем-то с вами поговорить, – вдруг вспомнил Митя. – Пойдемте?

– Куда? – снова затупил Елисей.

– Как куда? К нам, конечно, – всплеснул Митя руками.

– Так. Стоять, Казбек, – осадил его порывы парень. – Мне сначала нужно в казармы зайти, узнать кое-что. А потом уж посмотрим. Не ждал я тебя тут встретить.

– А, ну да, конечно, – смутился Митя, сообразив, что влез в чужие планы.

– За мной, – скомандовал Елисей и быстро зашагал в нужную сторону.

Спустя три четверти часа он уже знал все необходимое и поставил прапорщика в известность, что с караваном пойдет его телега с грузом, которую он потом готов продать гарнизону крепости. Как оказалось, телеги тут ценились. Особенно у военных. Местное население пользовалось в основном арбой, так что подобный транспорт в хорошем состоянии был в цене. Выяснив, что примерная дата отъезда назначена аж через неделю, Елисей только головой покачал.

– Интенданты, – негромко проворчал прапорщик, заметив его недоумение. – Им пока барашка в бумажке не сунешь, ничего не выкрутишь. А у нас денег под отчет. Уже промеж себя собирать начали, чтоб хоть что-то получить. Даже жалованье солдатам и то не полностью выплачивают.

– И сколько им надо? – мрачно поинтересовался Елисей.

– Сто рублей за продукты требуют, и от жалованья процент. А еще порох и свинец нужны. Про капсюли я и не вспоминаю, – угрюмо пожаловался прапорщик, которого такое положение вещей явно вывело из себя.

– А за огненный припас сколько хотят? – спросил парень, чувствуя, как кровь начинает бить в висках от ярости.

– Еще сотню.

– Ну, с жалованьем сами разбирайтесь, а двести рублей я завтра занесу, – помолчав, тихо пообещал Елисей. – Есть у меня, где занять. Только вы мне того интенданта покажите.

– Зачем? – насторожился прапорщик.

– В рожу эту продажную плюнуть хочу, – рыкнул парень и, не прощаясь, ушел.

Выйдя к воротам, где его терпеливо ждал Митя, Елисей тяжело вздохнул и, окинув студента мрачным взглядом, сказал:

– Вот теперь можно и маменьку твою навестить. Только сначала давай в лавку при пекарне зайдем.

– Зачем? – не понял Митя. – Дома все есть. Уж чаем маменька вас точно напоит.

– Ох, Митя, и чему тебя только в гимназиях учили, – вздохнул Елисей. – Ну не ходят в гости с пустыми руками. Не ходят. Тем более к даме.

– Хм, а вы точно из казаков? – смутившись, спросил студент.

– Ты больше тут так не шути, – негромко предупредил его парень. – Сразу нагайкой поперек спины огребешь. И на происхождение не посмотрят.

– Извините, – еще больше смутился Митя.

– Бог простит, – отмахнулся Елисей, про себя добавив: «Горбатого могила исправит».