Как не храбры и отважны были русские солдаты, но противник выбил их с бастиона и, увлекшись победой, не закрепившись на бастионе, стал преследовать, оттесняя к батарее Геннериха.

На плечах отступающих французы смогли ворваться в расположение батареи, но и здесь были остановлены подоспевшим на помощь батальоном Кременчугского полка. Завязалась жестокая рукопашная схватка, и, не выдержав штыкового удара, неприятель обратился в бегство.

Едва только враг был отброшен с батареи Геннериха, как канониры тут же дали по отступающим французам залп картечи, нанесший большой урон солдатам империи. Сразу после залпа майор Вакгаузен решительно повел солдат в атаку, и теперь русские, преследуя бегущих французов, ворвались во второй бастион. Полковник Жавель не долго пробыл в роли коменданта бастиона. Пытаясь остановить наступление противника, он был безжалостно сброшен русскими штыками в ров вместе с императорскими знаменами, временно украсившими куртину бастиона.

Промежуток между Малаховым курганом и 2 бастионом, солдаты генерала де-Ламотт-Ружа атаковали несколько позже своих товарищей. Здесь надо было преодолеть больший промежуток открытого пространства, а так же миновать тройную линию волчьих ям прикрывавших русскую позицию.

Это обстоятельство позволило гарнизону вовремя заметить противника и встретить его во все оружие; оружейными залпами и картечью. Будь у русских полноценный гарнизон, возможно враг был бы отброшен вспять, но четырем с половиной тысячам гренадерам Пикара и Бурбаки, противостояла неполная тысяча Муромского полка. Именно этим объясняется тот факт, что французы смогли приблизиться к куртине и взойти на неё.

Опрокинув слабый заслон муромцев, они двинулись дальше, и под огнем батареи Геннериха прорвав вторую линию обороны, вышли к Корабельной стороне. Это был самый громкий успех французов в этой атаке, но за него пришлось заплатить жизнями бригадиров Пикара и Бурбаки, а так же не прикрытыми флангами, на которых засели остатки Муромского полка и выбить их оттуда, не представлялось возможным.

В это время к передней линии обороны спешно подходили долгожданные резервы, которые вел лично генерал Хрулев, начальник обороны Корабельной стороны. Из-за клубов пыли и дыма он не мог разглядеть, что творилось на Малаховом кургане, и по ошибке посчитав, что гарнизон отбился от врага, генерал двинулся в сторону 2 бастиона.

Это место в севастопольской обороне, по общему мнению, было наиболее опасным для вражеского прорыва и потому Степан Александрович ринулся именно сюда, потеряв те драгоценные минуты которые бы могли в корне изменить обстановку на Малаховом кургане.