- Что вы собираетесь делать с телом Павла Степановича? Похороните в море? – спросил Ардатов вице-адмирала Новосильского, принявшего командование эскадрой.

- Согласно воле покойного, он будет похоронен во Владимирском соборе Севастополя, рядом с адмиралами Лазаревым, Корниловым и Истоминым. Для этого, тело будет помещено в бочку с винным спиртом, где и будет находиться до прибытия эскадры в Севастополь – отчеканил Новосильский и граф поддержал это решение.

- Полностью с вами согласен, Федор Михайлович. Адмирал Нахимов достоин такой почести – произнес Ардатов, а затем добавил – и вот, что еще. Мир еще не подписан, и всякое может случиться. Одним словом, я не хотел бы, чтобы в случаи чего меня здесь хоронили. Надеюсь, вы меня понимаете?

- Понимаю Михаил Павлович. И сделаю все необходимое, если сам буду, жив – заверил Ардатова адмирал.

- Вот и прекрасно. Значит, жду вас к двум часам на совет – сказал граф и, приложив руку к козырьку, отдал последний воинский долг Нахимову.

  Однако начать военный совет в назначенный срок, Ардатову помешали незваные гости. Едва только подполковник Львов, исполняющий обязанности погибшего генерала Муравьева собрался приступить к докладу, как в палатку царского посланника вошел князь Ширинский и выразительно посмотрел графу в глаза.

- Что-то срочное, Алексей Николаевич? – быстро спросил Ардатов, хорошо понимая, что просто так Ширинский его не стал бы беспокоить.

- Да, ваше превосходительство. Только, что к нашим передовым постам, под белым флагом приблизилась турецкая делегация во главе с личным секретарем великого визиря. Они настойчиво просят принять их – доложил адъютант.

- Это, который личный секретарь визиря, Али Гази? Невысокий такой албанец, с горбатым носом?  – спросил граф.

- Так точно, ваше превосходительство. Невысокий албанец, с горбатым носом – подтвердил Ширинский.

- Самый противный и вредный для нас человек из всего ближайшего окружения визиря – констатировал Ардатов и на минуту задумался.

- Значит, очень настойчиво, просят принять – насмешливо протянул Михаил Павлович и затем молвил – вот, что князь. Передай туркам, что ни с какими секретарями я разговаривать, не намерен. Только с великим визирем и точка. Ясно?

- Яснее некуда, ваше превосходительство – отчеканил Ширинский.

- Вот и иди голубчик. Не мешай нам Василия Федоровича слушать. Да, и вот, что ещё. Как турок спровадишь, поинтересуйся у майора Паподаки, нет ли каких вестей от его стамбульских греков.

  Адъютант послушно кивнул головой и больше в течение всего заседания военного совета, в палатке командующего не появлялся.