- Товарищ генерал-майор, - начал было доклад руководитель полетов капитан Пятин.

- Давай по существу, - оборвал его командир авиадивизии.

- По существу, товарищ генерал-майор. Звено в составе капитана Смирнова, лейтенанта Козлова и старшего сержанта Воинова, поймалo германский самолёт-нарушитель и ведёт его на аэродром. Будут сажать через пять-шесть минут. Боевые ребята, не дали немцу спуска, - с плохо скрываемой радостью доложил руководитель полетов .

- На кой ляд он мне тут нужен, - поморщился Захаров, - вы что не провели соответствующую беседу со звеном Смирнова?

- Так точно, провели, товарищ генерал-майор. Только это пассажирский немец, опознан как DC-3. Влетел "внаглую" в закрытую для полётов зону и пошёл вдоль Днепра, - пояснил капитан.

- Так, - Захаров присел на сул, - Связь со Смирновым.

Входная дверь резко распахнулась и на пороге показались командир сто шестьдесят второго полка полковник Резник и заместитель командира полка по политической части батальонный комиссар Шабанов.

- "Девятка", "девятка" , - забубнил в микрофон капитан и услышав ответ в висевшем над столом динамике сказал, - С тобой будет говорить, "Орёл-один"

- "Девятка" , я "Орёл - один" садись сразу за гостем , - отодвинув микрофон в сторону, Захаров обернулся к командиру полка.

- Пошли в машину, покажем немцу куда ему заруливать. Загоним в самый дальний угол аэродрома, чтобы они поменьше видели. Не то будет рулить по всему лётному полю , фиксируя расположение полос, рулежных дорожек, ангаров и стоянок самолетов, - произнёс командир дивизии.

На низкой высоте над аэродромом Балбасово, натужно ревя мотором прошёл DC-3 раскрашенный в цвета германской, пассажирской "Люфтганзы" в сопровождении трёх краснозвёздных И-16. Сделав левый разворот DC-3 пошёл на посадку. Командирский "пикап" встретил севший немецкий самолёт и высунувшийся из окна Захаров жестами показывал куда заруливать немецком лётчикам. Истребители И-16 сделав два круга над лётным полем пошли на посадку.

Немецкий самолёт остановился в самом дальнем углу аэродрома. Из-за занавесок показались лица многочисленных пассажиров, которые с нескрываемым удивлением смотрели на садившиеся краснозвёздные истребители и аэродромные строения.

Дверь открылась и вниз был опущен лёгкий алюминиевый трап. Захаров поднялся в пилотскую кабину.

- Кто-нибудь говорит по-русски? - генерал-майор спросил немецких пилотов.

- Нихт ферштейн.

- Ну, раз "нихт ферштеен", - не скрывая раздражения сказал Захаров, - будете сидеть хоть до вечера. Пока не вспомните несколько слов по-русски.