Увы, но этот взрыв по сути дела стал предвестником большой войны в Европе, развернувшейся из-за колоний. Он резко ускорил и усилил гонку вооружений, а заодно вызвал буквально шквал пропагандистских заявлений Великобритании, Франции, Германии и Австро-Венгрии. В Османской империи его эхо отозвалось армянскими погромами, жестокими репрессиями в отношении греков и угрозами в адрес Российской империи. Мы же ничего не могли сделать в той ситуации, кроме, как объявить Турции войну, но это было бы большой глупостью. Как это ни печально признавать, но несколько десятков тысяч человек погибли, а мы только и могли сделать, что заявить протест от имени всех тех государств, в которых наши позиции были особенно сильны, побудить их разорвать с этой страной дипломатические отношения и объявить об экономической блокаде. Это в какой-то степени отрезвило не столько Мехмеда V Решада, тот был марионеткой младотурок, сколько триумвират, состоящий из трёх конченых мерзавцев — Энвер-паши, Талаат-паши и Джемаль-паши, к которому впоследствии примкнул Мустафа Кемаль. Этот деятель так и не стал Ататюрком и вообще был повешен, как и многие другие турецкие военные преступники, ответственные за геноцид.

Сама Турция не могла производить ни самолёты, ни танки, ни военные корабли. Зато её весьма охотно вооружали против России все четыре державы, хотя младотурки и тяготели к Германии и Австро-Венгрии так сильно, что в конечном итоге Турция стала их союзником. Нам удалось предотвратить Итало-Турецкую войну, а также Вторую Балканскую войну, но это лишь отсрочило начало Первой мировой войны, как отсрочило её и то, что Гаврило Принцип, излеченный нами от туберкулёза, так и не грохнул второго туберкулёзника — эрцгерцога Франца Фердинанда. Сербию мы ведь тоже смогли немного "успокоить" и дождаться того момента, когда наступит окончательная развязка этой драмы. В этой стране даже не была создана организация "Млада Босна", зато несколько десятков тысяч сербов эмигрировали из Австро-Венгрии и выехали в Латинскую Америку на учёбу. В качестве молодых учёных и инженеров они впоследствии принесли своей стране куда больше пользы, нежели в качестве солдат, хотя очень многие приняли участие в войне, направленной против агрессоров. Мы не оставили эту страну беззащитной.

Начиная одна тысяча тринадцатого годы мы понимали, уже ничто не сможет спасти Европу от войны и мечтали только об одном, чтобы она не была такой ужасной, как в нашем прошлом. Мы ведь всё-таки сделали очень многое для того, чтобы сохранить жизни как многих солдат, так и гражданских лиц. Хотя если отбросить в сторону все сантименты, эта война всё же была необходима, как прививка от той же "испанки", от которой умерло бы свыше ста миллионов человек, но этого не случилось благодаря тому, что наши учёные разработали вакцину от любых, даже самых экзотических форм, гриппа, но об этом мы никогда не говорили. Все люди как не считали грипп серьёзной болезнью тогда, так и не считают так сегодня, чему я, по большому счёту, только рад. Человеку право же есть о чём задуматься и без какого-то там паршивого гриппа. Мы ведь так и не решили всех проблем, с которыми людям приходится сталкиваться чуть ли не ежедневно и вряд ли решим их хоть когда-нибудь. Ничего не поделаешь, такова жизнь и мы тут бессильны. Ну, а если честно, разве нам нужно было это делать? По-моему жизнь без проблем будет чертовски скучной и неинтересной, а потому я не боюсь их решать.