Единственное, что я слышал от Батрака, так это всего два слова: – «Быстрее, ещё быстрее!», так что уже скоро был вынужден ответить ему: – «Быстрее уже некуда, Батрачина.» В общем парень прошел испытание скоростью в двести пять километров просто блестяще и когда я подъехал к боксу и заглушил двигатель супербайка, выдернул фишку из интеграла и принялся прыгать, что-то вопя, словно кенгуру в степях Австралии. После этого я нацепил переговорное устройство уже на Витьку и усадил его на супербайк, стоящий на специальном стенде. Это был тренировочный, а не гоночный байк и его заднее колесо опиралось на сдвоенные катки, обтянутые толстой резиной. Тренажер стоял на улице, под навесом. Все, кому это было интересно, а интересно было всем без исключения, даже Женьке с Толиком, Ване Бутримову и Семёнычу, надели кто интегралы, кто шлемофоны танкистов, а кто и просто антифоны, чтобы не оглохнуть от рёва двигателя. Я поменял кабель на более длинный и сел верхом на супербайк, поставленный так, чтобы Витьке с его супербайка было всё видно и принялся объяснять ему, для чего нужна та или иная кнопочка, пимпочка или рукоятка.

И на этот раз Батрак всё схватывал с полуслова, а потому уже через час мой друг детства принялся показывать, как он умеет держать равновесие, наклоняя супербайк то на одну, то на другую сторону, то строго выдерживая вертикаль и так продолжалось целых три часа подряд. Результат Витька показал просто феноменальный. Никто, даже я сам, не мог наклонять байк так низко и при этом не давать ему упасть, да, ещё лишь слегка сбрасывая обороты и показывая на имитации поворотов просто сумасшедшую скорость. В седле супербайка он был ловким и цепким, словно обезьяна. Если он будет так же вести себя на трассе, то усадит в калошу всю Европу. Когда же через три часа я разрешил ему слезть с байка, он встащил с головы шлем и завопил:

– Где у вас тут туалет? Я сейчас в комбик надую!

Батраку указали направление и он, громко подвывая, умчался в бокс. Майор Мережкин, по совместительству начальник команды, а попросту командир, почесал затылок и спросил:

– Боб, это что же такое получается? Сдаётся мне, что ты нашел нам призового пилота, но он же ещё совсем пацан.

Жора, приехавший с Тонечкой и наблюдавший за тренировкой на тренажере добрых два часа, наставительно сказал:

– Гена, малый возраст это недостаток, который очень быстро проходит. Этот пацан сидит в седле даже лучше, чем Боб. Гена кивнул головой и воскликнул:

– Парня надо брать! Когда ему исполнится шестнадцать?

– В конце января, Гена. – Ответил я. Через несколько минут примчался Батрак и взмолился: