Нет, я частенько принимал всё за чистую монету, особенно в запале реагируя на сложившуюся ситуацию, но потом, когда включал мозги и всё проанализировал, начинал понимать, что всё не так просто. Вычислили меня, скорее всего, ещё до того, как я сделал первую закладку, но думаю, что мною тогда просто заинтересовались и не более того. Взяли, так сказать, на заметку и даже приказали малость потрепать мальчонке нервы, чтобы проверить, пригоден ли он для дальнейшей разработки. КГБ всегда обращало внимание на талантливых людей даже в возрасте пятнадцати, шестнадцати лет и потому многие учёные, журналисты с мировым именем, композиторы, писатели и люди других творческих профессий, были ещё и сотрудниками этой конторы, причём работали не внутри страны, а за её пределами. Знавал я таких в свои зрелые годы и это были мои самые лучшие друзья. Почему? Да, только потому, что они были патриотами с большой буквы. Поэтому я и не обижался на своих друзей – сотрудников КГБ и относился к ним с искренностью, радушием и теплотой, работа у них такая и тут ничего не поделаешь, но тем не менее продолжал играть по совместно принятым правилам.

Думаю, что всё окончательно встало на своё место после того, как Андропов получил мои первые письма. По почтовым штемпелям на конверте ведь было легко проследить наш с Ирочкой маршрут, ну, а потом кто-то из ближайших помощников Юрия Владимировича просто взял и сложил два и два. В большом южном городе, вдруг, ни с того, ни с сего шестнадцатилетний паренёк начинает творить форменные чудеса и заставляет взрослых дядек его внимательно слушать, после чего на сравнительно небольшом расстоянии от этого города в почтовый ящик кто-то бросает стерильное письмо, слегка отдающее салициловой кислотой. Спирт-то я покупал в аптеке, салициловый! Не знаю, въехал ли Андропов в то, что я играю с ним в кошки мышки, но он сразу же принял условия игры и, как опытный шулер, принялся так тасовать колоду, чтобы у него оказались на руках козыри. Господи! Да, пожалуйста! Вот вам ещё и джокер до кучи, а пятого туза в рукав не желаете? В общем я вскоре понял, что Андропов принял решение взять Оракула в оперативную разработку и беречь его, как информатора, а потому не рубить владельцу курочки Рябы золотые яйца от нечего делать.

Вот потому-то я и был так наивно откровенен с группой генерала Гирина. Ну, и ещё немного нахален, а это уже потому, что мне не хотелось думать о себе, как о наивном простаке. Оказавшись в такой ситуации, я стал усиленно соображать, как бы мне проверить, какие полномочия мне даны, но сначала, как только товарищи чекисты уехали, рассказал обо всём Ирочке и родителям, мамуля тотчас забеспокоилась, а я сказал: