Дернувшись вперед, лошади едва не оторвались от телеги, да и сам Лешка, ничуть не будучи опытным возницей, едва не выпал, однако ничего, удержался.

– Эх, залетные!

Телегу немилосердно трясло. Копыта коней высекали из мостовой икры. Редкие прохожие испуганно жались к заборам.

– Н-но! Н-но-о!!!

Перед глазами Лешки проносились вереницы деревьев… Эх, только бы какое не зацепить!

– Н-но!

Едва не сбив прохожего, телега вылетела на небольшую площадь, которую успешно обогнула, зацепив боком фонтан, и, свернув в проулок, безбожно затряслась на кочках, поднимая серую пыль… А впереди – да рядом уже! – взвивался вверх точно такой же столб пыли – это, подпрыгивая на ухабах, неслась запряженная парой гнедых коляска Леонидаса Щуки!

Не уйдешь, гад! Не уйдешь!

Вот еще один поворот, вот еще… Вот!!!

Взвившись на дыбы, заржали кони. Вылетевший из перевернувшейся телеги Лешка бухнулся животом в грязь. Повезло – приземлился мягко… Быстро вскочил на ноги – коляска Леонидаса, сбавив вход, подъезжала к воротам какого-то здания, чем-то напоминавшего типичный феодальный замок – только без главной башни – донжона – и более, так сказать, приземистое… И знакомое! Очень знакомое! Высокая ограда, башенки из серого камня, сад, за ним – стена Константина. Господи! Да это же…

Приют «Олинф» – вот, что это такое! Попечительно-богоугодное заведение некоего Скидара Камилоса, а проще – развратный притон, поставляющий малолетних мальчиков для гнусных богопротивных утех разного рода господ! Около года назад, будучи помощником тавуллярия секрета богоугодных заведений, Лешка так и не смог довести до конца расследование в отношении сего приюта, вернее, не успел… И вот теперь… А ведь прав оказался следователь Филимон Гротас! Похоже, попечитель приюта Скидар Камилос, старик Леонидас Щука и – уж как же без него! – лавочник Агамемнон Ласкар – одна шайка-лейка. Шайка турецких шпионов!

Отряхнувшись от пыли, Лешка нагло подошел к только что захлопнувшимся за повозкой воротам и, громко постучав, закричал:

– Эй, черти! Пустите на девок-то посмотреть, а!

В воротах со скрипом открылась небольшая, обитая железными полосками форточка.

– Чего орешь? – осведомился бородатый охранник.

– Я – с Леонидасом Щукой. Старик меня знает! Пропусти! Пусти, говорю!

– Подожди, – недовольно буркнул охранник. – Сейчас пойду, справлюсь…

Форточка резко захлопнулась.

Лешка поднял голову – а если не пустят? Кажется, если воспользоваться во-он тем деревом, можно забраться на крышу. Конечно, если как следует раскачать ветку…

За воротами неожиданно лязгнуло. Засов, Господи! Ну, конечно, засов!