— Новая кровь нужна не только для рождения детей, — сказал я, — нужна новая кровь для власти. Иначе нас просто сомнут числом. Так что после обеда надо начинать тренировки с грохотом, огнём и паникой. Я тебе подскажу пару моментов, но во всем остальном будете делать сами, только сами.

А мне нужно прям сейчас поговорить с Ичилом по поводу противодействия возможному применению ОМП, ибо если какая пакость может случиться, то она непременно случится, это еще Мэрфи сказал. Ичил находился в самом распрекрасном настроении. Он что-то себе мурлыкал под нос, раскладывая на тряпке свои зловещие инструменты. Я отдал ему напильник, который извлёк из рюкзака.

— Зачем это? — спросил он.

— Этой штукой, которая называется напильник, можно очень хорошо подпиливать зубы. Прямо до, — меня самого аж передёрнуло. Я стоматологов боюсь панически, а как представлю, что напильником шоркают по зубам, так вообще холодным потом покрываюсь, — нерва, так вот, ежели допрашиваемый упирается и хранит военную, государственную и коммерческую тайну, можно помочь ему облегчить совесть.

Ичил взял напильник.

— Хорошая вещь. Удобная. Это из того мира?

— Прихожу домой с работы, рашпиль ставлю у стены… Из того. Ну что, ты вот мне скажи, как будем бороться с супостатом, если он применит химическое оружие?

— Пока не знаю. Ты мне расскажешь, что это такое, а я подумаю.

— Ну тогда пошли перекусим, и надо будет тренировку устроить бойцам. Ну, показать, как минимум. У них вообще-то полусотники есть для этого.

После обеда мы собрались у Тыгына и я расписал диспозицию по тренировкам. Типа, я вас всех видал далеко, я рассказываю основные принципы, а вы уж тут сами как-нибудь, без меня. Собрались, к слову, все полусотники Тыгыновой охраны. Талгат, Бэргэн и еще кто-то, которых я не знал. Вывели в чисто поле бойцов, построили. Ичил разложил свои бухалки в рядок, отверстиями к строю, пожег фитиль и очень быстро убежал в сторону. И правильно сделал, потому как паника и неразбериха была совершенно невыносимая. Кому-то, похоже, свернули шею в этой толкотне. Лошади хотели убежать, бойцы хотели убежать тоже, и все одновременно. Когда раненых унесли, я Тыгыну и командирам сказал:

— Так проверяем три раза. Если за три попытки боец или лошадь не привыкли к выстрелам, не перестали шарахаться, то можете этих коней с всадниками отправлять на пенсию. Грядёт новая эра, и, при некоторых неблагоприятных обстоятельствах, эта эра будет эрой стали и пороха. Кто не будет к ней готов, те умрут сразу. Кто будет готов – умрут позднее. Некоторые, самые умные, выживут. Вечером я расскажу о тактике конных подразделений при массовом применении противником огнестрельного оружия. Работайте.