Когда я вернулся в операторскую, то видно было, что обстановка радикальным образом переменилась. Заработали ещё пять панелей, типа ЦУП, ни дать, ни взять. Всё в работе, лишь по одному из экранов по левой стороне ползут красные строчки, все реже и реже, и, наконец, меняются на зелёные. Это я, оказывается, отремонтировал спутниковую связь.

У начальника связистов кабинет, всем кабинетам апартамент. С приемной. Даже горшки с засохшими цветами стоят. Но главные красоты оказались внутри. Во-первых, посреди кабинета стоит столик. Над столиком – маленький, диаметром сантиметров двадцати в диаметре глобус парит безо всякой подвески над серебристым массивным основанием со сферической выемкой в центре. Да ещё глобус медленно вращается. На нём – россыпи разноцветных точек – красных, синих, желтых, зелёных. Стильная вещь. Надо будет себе такой дома поставить. Действующая модель. В натуральную величину[35]. В смысле глобус в натуральную величину, а не планета. Хм. Три континента, много морей и океанов. Россыпи островов, наверное, с пальмами и голыми туземцами. Я хотел потрогать глобус руками, но наткнулся на невидимую преграду. Пошарил по ней, а это оказалось – кто бы мог подумать, особая проекционная система с тактильным управлением. Я завис за ней надолго. Можно было выбирать участок поверхности, увеличивать, уменьшать, получать справку по каждому из объектов. Но без моего словаря никак. Информации – вагон, но её надо осваивать и осваивать. Надо будет переступить через себя и еще раз нюхнуть мха Ичилового. Хоть от него и мерзкий отходняк, но зато всё сразу становится ясным.

Я устал и проголодался. Отправился в кают-компанию перекусить и отдохнуть. И вообще, от работы кони дохнут. Я немного удовлетворил своё шило в заднице и теперь, с чувством глубокого удовлетворения готов предаться неге и безделью.

Сайнара как раз к моему появлению собиралась меня идти искать. Ичил в мрачном виде, нахохлившись сидел на полу и что-то бурчал. Я забрался в душ, смыл с себя всю плесень, пыли прах, растерся жестким полотенцем и готов был уже съесть кусок мяса, грамм на триста. С устатку принял соточку на грудь, вкусил от щедрот местной машинерии. Подобрел, ободряюще похлопал Сайнару по руке.

— Ну, рассказывайте, как вы тут без меня прозябали, — начал я допрос.

Ичил ответил:

— Внизу всех убили. Давно.

Зная, что такое "давно", я даже не поинтересовался, когда. Другой вопрос, одновременно ли убили все друг друга, в пустыне и здесь. Или же разгромили базы по частям, а потом остатки недобитых пришельцев гоняли по степи. Впрочем, и это неважно. Что-то мои мысли не в ту сторону думают.