Чёрт, чёрт, черт! Не стоило мне завязываться на такое количество дел. Можно, конечно, всё бросить и свалить, но как-то это не по мне. Потом совесть будет мучить, это факт. Я-то себя знаю. Завещание какое-то написать, что ли? Девок замуж выдать с хорошим приданым, пацанов на путь истинный наставить. Грехи мои тяжкие.

Из-за заборчика раздался громкий шепот:

— Магеллан! Это я, Ичил!

— О! Ты что там делаешь? — я остановился в великом недоумении.

— Прячусь. Надо тихонько к нашему грузовику идти. У тебя есть что-нибудь покушать?

— От кого ты прячешься?

— От женщин. Не надо было мне в аул заходить. Чуть на части не порвали. Я, кажется, слишком сильный раствор делал. Теперь проходу не дают, вчера чуть на части не порвали. Если бы они межу собой не сцепились, то мне пришлось бы плохо.

— Ладно, давай-ка, двигай. Огородами, огородами, по-пластунски. А ещё лучше, свари себе компенсатор. А то в следующий раз не увернёшься, порвут тебя на части. А ты мне живой пока нужен, — я засмеялся.

А чего не смеяться-то? Без смеха на изрядно потрёпанного, но непобеждённого Ичила смотреть невозможно, в его-то фантастических одеждах. Не знаю, может он специально колдует, но всякий его новый халат превращается в засаленную тряпку буквально в течении двух суток. Это, может, у шаманов форма одежды такая. Но сейчас Ичил вообще красивее огня. Рожа поцарапана, в грязных разводах, порванный халат весь в пыли.

Ичил зашуршал в кустах, пробираясь к околице. Я спокойно прошел напрямик, как раз прямиком к нашему транспорту. Однако, я продолжил свои мысли, не надо пороть горячку. Портал в деревню от меня никуда не денется, но на всякий! всякий пожарный случай надо всё-таки закончить все свои дела здесь. Вдруг портал туда откроется, а обратно нет. Это мерзкий случай, о котором я не хочу даже думать, но думать об этом надо. Обидно, конечно, будет уйти и не вернуться, ведь здесь так хорошо. И столько неисследованного! Я, наверное, генномодифицированный, с птичьими генами, что меня так, совершенно иррационально, тянет назад, к гнезду. Ну ничего, схожу, проведаю, посмотрю одним глазком и вернусь. Как только проверю, всё ли там в порядке и сразу вернусь. Сразу же. Как только. Напевая свою любимую песню "летят перелётные птицы…" я вывез Ичила подальше от женщин, на базу "Учебный центр", пусть передохнет парень. С ним сейчас в людные места соваться никак невозможно. Перед тем, как уехать по своим делам, я сказал ему свои наставления.

— Вот тебе гранаты, Ф-1 называется. Как пользоваться – знаешь. Вот тебе пистолет-пулемет Судаева, как пользоваться, тоже знаешь. Вот тебе патроны. Это на тот случай, что за нашей травкой сунутся совсем ненужные люди. Ну ты понимаешь. Стоит хоть одному человеку узнать, что трава такая есть – нас в покое не оставят вообще никогда. Я не говорю про то, что здесь находится то, о чем тебе талдычил твой учитель, пусть он будет вечно счастлив и дай ему Тэнгри столько здоровья, чтоб не донес. Я вернусь скоро, потом пойдем в мой мир. Посмотришь, как там, если у тебя ещё желание не пропало.