– Что вы говорите?!
– Да, именно так.
– И чем же вы вызвали такую симпатию? Или он сторонник прогресса и противник существующих порядков?
– Боюсь, что нет. Я пытался агитировать его, но он сразу отказался меня слушать и пообещал оторвать голову, если я буду приставать к нему с ерундой.
– И почему же он передумал?
– Не знаю. У меня сложилось впечатление, что он просто враждует со всей остальной деревней и был бы рад досадить им.
– Каково!
– Да-да, именно так. Кстати, он первый кулачный боец в тех краях, и когда он заступился за меня, добрая половина мужиков тут же разошлась, не желая принимать участие в потасовке.
– А вторая?
– Что вторая?
– Вторая половина. Ну, тех, у кого желание подраться не пропало?
– О, им пришлось несладко!
– Даже так?
– Именно так. Это просто какой-то ужас творился, как даст одному в лоб – тот и лежит, будто покойник. Потом другому, потом третьему, а когда один из мужиков попробовал схватиться за оглоблю, он пообещал ему ее засунуть прямо в…
– Спасибо, я понял, куда именно! И чем же все кончилось?
– Я сбежал!
– Что значит сбежал?
– То и значит. Я очень испугался. К тому же моя миссия явно кончилась крахом, и в моем дальнейшем присутствии не было ни малейшей необходимости.
– И вы бросили своего заступника одного?
– А что мне оставалось делать? Вы бы видели этих людей… да они же дикие, разве что сырым мясом не питаются! К тому же этот солдат и без меня прекрасно справлялся, пока не подоспел этот ужасный отец Питирим.