В судебном заседании при исследовании этого протокола и просмотра видеозаписи, как-то идентифицировать этих лиц с подсудимыми не представилось возможным. Не идентифицированы личности и на предварительном следствии. Несмотря на это, в обвинительном заключении указано, что следствием установлены эти лица, однако источник таких сведений остался неизвестным.

При таких обстоятельствах признать допустимым такое доказательство с учетом требований статьи 74 УПК РФ представляется невозможным. В соответствии со статьей 75 УПК РФ такого рода доказательства являются недопустимыми.

По личной инициативе Кудинов предоставил органам следствия свой диктофон, при осмотре которого, согласно протоколу, получены стенограммы разговоров Кудинова с неустановленным лицом и адвокатом И. с предложениями забрать заявление из прокуратуры.

По этому поводу, удовлетворив ходатайство Кудинова, в судебном заседании допрошен в качестве свидетеля адвокат И., воспользовавшийся положением статьи 51 Конституции РФ и отказавшийся от дачи показаний.

Из контрольно-наблюдательного дела по общежитию, приобщенного в качестве вещественного доказательства видно, что предприятие Кудинова проверялось и ранее на предмет пожарной безопасности.

Согласно протоколу выемки, Кудиновым органам следствия добровольно выдано письмо и. о. начальника за подписью Васильева о том, что помещения сауны требованиям пожарной безопасности соответствуют.

Это письмо осмотрено и приобщено к делу в качестве вещественного доказательства.

Как показали подсудимые, именно на этот документ ссылались Ч. и Кудинов, оспаривая действия инспектора Митина и постановление Горина.

При этом Васильев пояснил, что этот документ поддельный, поскольку он не подписывал это письмо, несоответствующее установленной форме, хотя и выполненное на бланке подразделения государственной противопожарной службы.

Согласно заключению проведенной в суде почерковедческой экспертизы, подпись от имени Васильева, расположенная в строке «И. о. начальника …» письма на имя генерального директора предприятия Кудинова, выполнена не самим Васильевым, а другим лицом с подражанием подлинной подписи Васильева.

При таких обстоятельствах, положенное органами предварительного следствия в основу позиции Кудинова и обвинения подсудимых вещественное доказательство, оказавшееся при судебной проверке поддельным, суд признал недопустимым.

В служебном кабинете Васильева при обыске обнаружены и изъяты ежедневник с записями рабочего характера, на одной из страниц которого написана фамилия Горина и визитная карточка предприятия Кудинова.