Светлый фон

В общем, я воспринимаю цветы как необходимую и очень украшающую нашу жизнь деталь. Для меня это все-таки именно деталь пейзажа, что абсолютно не исключает моей любви к ней.

— Юрий Иосифович, вот вы писатель и художник. Не получается ли так, что наша скромная, но поэтичная природная флора, если можно так сказать, поглощается у вас литературным творчеством, а яркие садовые цветы — живописью?

Юрий Иосифович, вот вы писатель и художник. Не получается ли так, что наша скромная, но поэтичная природная флора, если можно так сказать, поглощается у вас литературным творчеством, а яркие садовые цветы — живописью?

— Нет, не так. Литературой и живописью поглощается все. Вот, например, подмаренник — прекрасное слово. Но это же и чудесное растение, с присущей, пожалуй, только ему странной белой окраской ажурных соцветий, которую просто белой и не назовешь. Она какая-то призрачно-болотная, жидковато-белая с элементом зеленого, и очень холодная. По-моему, это живописнейшее растение.

— Знаю, что вы любите и комнатные растения. Вряд ли вы их видите как деталь ландшафта. Так куда же вы их определите?

Знаю, что вы любите и комнатные растения. Вряд ли вы их видите как деталь ландшафта. Так куда же вы их определите?

— Они, как правило, необыкновенно красивы и, я бы сказал, скульгттурны. Очевидно, в растениях это заложено, они просто живые произведения искусства. Я с удовольствием рисую стволы старых яблонь. Причем могу выдумать форму и нарисовать яблоню, вообразив ее Но всё, что я ни придумал бы сам, всегда хуже того, что я увидел в натуре и попытался рабски воспроизвести. Так вот, комнатные растения для меня обладают определенной магией — магией формы. Как удивительно гармонично уживаются они со скульптурой, созданной человеком. У меня в комнате растениям отведено лучшее, почетное место. Крупные, рослые стоят на полу, и мне нравится видеть их рядом со скульптурными работами моих друзей — Лемпорта и Силиса. Но помимо магии формы существует магия внутреннего содержания. У каждого растения она своя, хотя есть и схожие в этом плане. Скажем, библейский сюжет «Въезд Иисуса в Иерусалим» традиционно связывается с пальмой. Мне кажется, что драцена или юкка здесь тоже вполне уместны. Есть в домашних растениях для меня еще одно, бытовое, что ли, наслаждение. Я давно заметил, что «живой» зеленый цвет с его различными тонами и нюансами действует на меня благотворно. И я сознательно пользуюсь этим. И последнее, а может быть, и первое. Конечно, большое счастье, когда ощущаешь радость, глядя на свежий, молодой побег, развернувшийся новый лист, когда знаешь, что твоим растениям уютно в доме. Ну а цвести — это уже и не обязательно, лишь бы хорошо росли.