Следующий шаг к закреплению за Ричардом III репутации предателя был сделан в «Новых хрониках Англии и Франции» Роберта Фабиана. Фабиан подчеркивает незаконность переворота 1483 г., выделяя промежуток от смерти Эдуарда IV до провозглашения королем Ричарда III в отдельное царствование. Для автора «Новых хроник» Эдуард V – это не принц, а «законный король», следовательно, его смещение с престола должно трактоваться как государственная измена. Сам термин Фабиан не употребляет, но именно он впервые сообщает, что узурпация 1483 г. якобы вызвала отрицательный общественный резонанс: «Те, кто раньше любил и хвалил его, кто могли бы вверить ему свою жизнь и свое добро, если бы он по-прежнему оставался протектором, теперь выражали недовольство и роптали против него».

Фабиан подчеркивает, что в 1483 г. «вышеупомянутое недовольство усилилось в основном потому, что распространился слух, что король Ричард в Тауэре тайно предал смерти двух сыновей своего брата Эдуарда IV». После этого ужасного события Ричард III правил в «страхе и агонии», окруженный «великой ненавистью». Так же как лондонский хронист, Фабиан считает убийство сыновей Эдуарда IV поворотным событием, но в «Новых хрониках» смысловые акценты расставлены намного жестче – пока принцы были живы, Ричарда окружали «ропот и недовольство», после их смерти «недовольство» превратилось в «великую ненависть», а узурпатор – в тирана.

Итак, Фабиан первым заговорил о том, что англичане якобы ненавидели Ричарда III. Он же стал первым, кто сообщил хоть какие-то подробности о судьбе принцев. Автор «Новых хроник» писал, что, «по слухам, король Ричард… в этом [деле, т. е. в убийстве принцев] и в других случаях действовал по наущению герцога Бэкингема». Имя ближайшего соратника Ричарда III Бэкингема так глубоко вплетено в историю узурпации 1483 г., что связать герцога еще и с исчезновением принцев было бы вполне логично. Возможно, Фабиан действительно обнаружил сведения, по иронии судьбы не попавшие в поле зрения других хронистов. Существование слухов о причастности Бэкингема к смерти сыновей Эдуарда IV вполне вероятно, но все же с момента исчезновения принцев до завершения «Новых хроник» прошел 21 год. Не исключено, что Фабиан зафиксировал на бумаге сплетню, возникшую не в 1483 г., а в начале XVI в.

Законченная в 1512 г. «Большая хроника Лондона» в оценке правления Ричарда III и его моральных качеств практически не отличается от хроники Фабиана. Два текста настолько близки, что в первой половине ХХ в. было выдвинуто предположение, что оба они вышли из-под пера Фабиана. Современные исследователи подчеркивают: сходство вызвано тем, что указанные тексты основаны на лондонских муниципальных записях, при этом «Большая хроника Лондона» содержит гораздо больше интересных, но недостоверных деталей.