Через два дня после «Оскаров» он вылетел в Лондон, и в аэропорту его встретил Ник Коттидж, добродушный сотрудник Особого отдела со старомодными усами. Ник сказал ему, что на следующее утро к нему хочет приехать для разговора полицейский более высокого ранга — Боб Сейт, у которого тоже, кстати, верхнюю губу покрывала пышная растительность на манер лорда Китченера.

— Я бы вам посоветовал, — заговорщически добавил Ник, — перенести все утренние дела на более позднее время.

Он отказался объяснить, что это значит, и только улыбался загадочной улыбкой сотрудника тайной полиции.

Его отвезли в отель «Хэлсион» в Холланд-парке — в элегантное розовое здание, где он забронировал номер. После года аренды ему пришлось освободить дом Джейсона Донована на Пембридж-Мьюз. Перед вылетом в Лос-Анджелес на вручение «Оскаров» он снял другой дом в Ноттинг-Хилле — на Колвилл-Мьюз, напротив стремительно пошедшего в гору ателье мод молодого дизайнера Элис Темперли. Туда можно было вселиться через две недели, поэтому он сдал имущество на хранение и забронировал номер в «Хэлсион» — вначале всего на двое суток. На следующий день у Милана начинались пасхальные каникулы, и он собирался провести неделю во Франции с обоими сыновьями. Сначала — к друзьям в Куртуэн (Бургундия), на обратном пути — в Париж и Евродиснейленд.

В среду 27 марта 2002 года ровно в десять утра к нему в отель «Хэлсион» явились Боб Сейт и Ник Коттедж.

— Итак, Джо... — начал Сейт и тут же поправился: — Простите, не Джо, а Салман. Как вы знаете, мы охраняем вас по рекомендации разведслужб, и для того чтобы мы сняли охрану, необходимо, чтобы они понизили оценку опасности для вашей жизни.

— Все это довольно странно, Боб, — сказал он, — ведь в Америке я уже не один год живу как обыкновенный гражданин. Но возвращаюсь сюда — и вы настаиваете на продолжении...

— Тогда, я думаю, вас обрадует, — сказал Боб Сейт, — что уровень опасности теперь понижен, причем существенно, и на этом уровне мы обычно не предлагаем человеку никакой охраны.

Его сердце забилось, но он постарался оставаться внешне спокойным.

— Понимаю, — проговорил он. — Значит, вы снимаете охрану.

— Я просто хотел дать вам такую возможность, — сказал Боб Сейт, — если это для вас приемлемо. Я правильно понимаю, что именно этого вы и добивались?

— Да, — подтвердил он, — вы понимаете правильно. Да, это для меня приемлемо.