Предисловие

Предисловие

Откуда мы все черпаем информацию об Антонио Сальери? Подавляющее большинство людей — из произведения А. С. Пушкина «Моцарт и Сальери», которое многие «проходили» еще в школе.

«Моцарт и Сальери» А. С. Пушкина — это трагедия, очень глубокая, помеченная печатью мощного гения, хотя и небольшая по объему. Ее главная идея — вопрос о сущности и взаимоотношениях таланта и гения.

В свое время В. Г. Белинский написал:

«Есть организации несчастные, недоконченные, одаренные сильным талантом, пожираемые сильной страстью к искусству и к славе. Любя искусство для искусства, они приносят ему в жертву всю жизнь, все радости, все надежды свои; с невероятным самоотвержением предаются его изучению, готовы пойти в рабство, закабалить себя на несколько лет какому-нибудь художнику, лишь бы он открыл тайны своего искусства. Если такой человек положительно бездарен и ограничен, из него выходит самодовольный Тредьяковский, который и живет, и умирает с убеждением, что он — великий гений. Но если это человек действительно с талантом, а главное — с замечательным умом, со способностью глубоко чувствовать, понимать и ценить искусство — из него выходит Сальери».

Вряд ли Белинский много знал о реальном Антонио Сальери. Будучи литературным критиком, он анализировал произведение Пушкина. И он соединял для себя реального Сальери и Сальери литературного. Соединял настоящего человека и придуманный персонаж. К сожалению, так поступают очень многие…

В. Г. Белинский пишет:

«У Сальери своя логика; на его стороне своего рода справедливость, парадоксальная в отношении к истине, но для него самого оправдываемая жгучими страданиями его страсти к искусству, невознагражденной славой. Из всех болезненных стремлений, страстей, странностей самые ужасные те, с которыми родится человек, которые, как проклятие, получил он при рождении вместе со своей кровью, своими нервами, своим мозгом. Такой человек — всегда лицо трагическое; он может быть отвратителен, ужасен, но не смешон. Его страсть — род помешательства при здравом состоянии рассудка. Сальери так умен, так любит музыку и так понимает ее, что сейчас понял, что Моцарт — гений, и что он, Сальери — ничто перед ним. Сальери был горд, благороден и никому не завидовал. Приобретенная им слава была счастьем его жизни; он ничего больше не требовал у судьбы, — вдруг видит он «безумца, гуляку праздного», на челе которого горит помазание свыше».

Итак, с подачи Пушкина Белинский утверждает, что Сальери — ничто по сравнению с Моцартом. К сожалению, так же считают очень многие. Но при этом так считающие люди в подавляющем большинстве ничего не знают о реальном Антонио Сальери и никогда не слышали его музыку.