На место встречи ребята притащили пакет честно стыренных в полях апельсинов и гранатов. Русские с пустыми руками не приходят. Я же сразу потащила их в сердце города – на Хэйт и Эшбери. Перекресток хипарей. Хиппи здесь уже, правда, давно ничем не отличаются от бомжей. Прогулявшись и выведав друг о друге все базовые вещи, мы уселись поболтать с бездомными подростками на улице. Виталик где-то откопал огромные телефонные справочники и подложил их нам под попы, чтобы мы не мерзли. Пока парень по кличке Галактика полчаса крутил косяк и кормил свою кошку кислотой, положив ей марку на нос (до сих пор не знаю, относиться к этому как к проявлению заботы или как к издевательству над животными), девятнадцатилетняя девочка дикой красоты, одетая в огромную пуховую куртку, шапку-ушанку и разноцветные легинсы, рассказывала нам об их «лайфстайле». Ребята ночевали прямо в парке в кустах, мылись в душевой при теннисном корте неподалеку и тратили почти все заработанные деньги на алкоголь и ЛСД. В рассказе о своей самостоятельной и наполненной романтикой жизни она упомянула, что работала в полях на севере Калифорнии, чтобы вложиться в «семейный» бюджет своей бездомной коммуны. Она стригла траву на вес и заработала четыре тысячи долларов за полтора месяца. Я сразу же выведала из нее все, что смогла насчет этой работы. Сложив всю информацию, выходило, что есть целые поселения, выращивающие марихуану плантациями, и, если удастся вселить в них доверие, тебя возьмут работать, дадут жилье и еду. Кодовое слово было Humboldt. Однако сезон заканчивался в декабре… Сама она как раз только что оттуда вернулась.

Времени думать не было. На тот момент в моем кармане оставалась последняя сотка. Леся и Виталик собирались ехать дальше на север, а значит, им было по пути. К тому же идея подзаработать их тоже прельщала. Через пару дней мы собрали шмотки, запрыгнули в машину и поехали в никуда, надеясь на удачу.

Работа на конопляных полях начинается с поиска, на который легко может уйти два месяца. Никто не даст тебе никаких координат конкретнее, чем округ Гумбольдт. Нужно просто шататься по городу и искать, где нужны работники. Поздно вечером мы доехали до первого городка, похожего на то место, что мы искали.

Ребята высадили меня первой, как засланного казачка, на улице с барами. Погода опять мгновенно сменилась. Изо рта пар. Мой тоненький семидолларовый плащ из секонда был здесь неуместен примерно так же, как девочка-подросток на свинг-вечеринке. Сказать, что обстановка здесь отличалась – не сказать ничего. Бомжи, хипари, половина под чем-то. Пацаны на улице, проходя мимо, отдают друг другу «пять» кулаками и ладонями в определенной последовательности. В ледяном воздухе замешан дым травы. В одном мы не ошиблись. Половина народу здесь действительно работает в конопляных полях. Грязные, накуренные, с мозгами набекрень. Охота началась. Заговорила с курящими на улице детками, но ничего, кроме косяка, они мне не предложили. Один, менее мутный, перехватил меня и повел в бар. Находясь при этом на измене, он переспрашивал меня, не коп ли я и кто вообще такая.