Но надо отдать ему должное: хоть работенки на конопляных полях он нам так и не подкинул, зато, вернувшись обратно в город, отвел в казино, где новичкам дают в подарок купон, позволяющий пару раз сыграть бесплатно. Уровень любого казино можно понять по качеству костюма и внешности обслуживающих девочек. Чем сексуальнее девки, тем дороже казино. Тут они походили на порноактрис любительского кино восьмидесятых, и вместо любых бесплатных коктейлей, как в Вегасе, здесь предлагали только водку, сок и кофе. Зато фортуна улыбнулась нам, и спустя пару часов мы выиграли довольно, чтобы дважды заполнить бак нашей маленькой старой машины и продолжить путь до Портленда без затрат.

Там же, в казино, мы познакомились с прекрасной художницей Наташей, которая покинула Россию 25 лет назад. Ее микс русского с английским был восхитителен. У нее была зависимость от казино, красивых женщин и искусства. Узнав, что мы спим в машине, она пригласила нас пожить какое-то время у нее, и мы скоротали несколько дней в маленьком домике посередине ничего, устроив себе семейную жизнь с быстрым сроком истечения годности. Виталий с Наташей все дни собирали ей кровать, привинчивали полки и занимались прочими делами, которые умеют делать только мужчины и лесбиянки, я и Леся пропадали в компьютерах, закидывая новые посты в блог, а по вечерам мы все вместе готовили ужин. Казалось, что холодильник пуст, но каким-то образом на столе каждую ночь появлялись какая-то роскошь и новая бутылка отличного вина. Наташа рассказывала нам о своей несчастной любви, и я думала о том, как же это интересно, что женщина может разбить сердце женщине. Выращенная в гомофобной стране, я не могла себе представить, что с девчонкой можно целоваться не чисто по приколу пьяными на вечеринке, а искренне влюбившись. Мы с ребятами спали на полу. Мне перепала белая шкура какого-то животного, на которой было удобнее, чем в постели. Чувство благодарности за ночлег делало пол мягче, а еду вкуснее… И всё же, прибившись к стенке большой пустой комнаты, я с трудом могла уснуть.

Утром мне пришло сообщение от моего знакомого Вани Смирнова, и чтобы дальнейшая история имела смысл, стоит рассказать, кто такой Ваня. Ваня был создателем, музыкантом и солистом группы-оркестра под названием «Краснознаменная дивизия имени моей бабушки», творчество которой оценил даже сам Борис Гребенщиков. Я знала это, потому что во время одного из разговоров Ваня показал мне смс от него. Мы встретились в июне, полгода назад, когда меня уже нехило потрепало, и я и помнить забыла о том, что это такое, когда тебя понимают и ценят. Фестивальная маршрутка высадила меня у леса поздно ночью. Погода была ужасной, дороги от постоянного дождя превратились в месиво из грязи, и Ваня, как единственный представитель нашего лагеря, кто был трезв и бодр, пошел меня встречать – с фонариком, в резиновых сапогах и с зонтиком.