Как мы на лошадке в лес катались

Написав, что впервые познакомилась с лошадьми лишь на иппотерапии, я слегка слукавила. Первое знакомство состоялось в деревне, где мы купили дом.

Случилось это давно уже, 23 года назад. Лешке (моему племяннику и тогдашнему верному соратнику во всех подвигах) миновало 3 года.

Основную часть лета мы проводили в деревне и в один прекрасный день решили съездить в лес. На природу полюбоваться, воздухом подышать, а заодно скататься на дальнее лесное озеро, где жили лебеди. Полюбопытствовать, не вывелись ли у этих самых лебедей лебедята, а если вывелись — то полюбоваться на них. А потом навестить бывшую деревню Литавец — очень красивое место, располагающее к размышлениям о жизни, люблю его очень.

Съездить решили не на машине (ибо банально, да и вообще — надоело), а на гужевом транспорте — на лошадке, то бишь. Потому как экологично, колоритно и зело интересно. С тех пор мои "лошадиные" взгляды претерпели некоторую эволюцию, но тогда мне казалось, что лошадка в качестве транспортного средства — круто. Давняя история, сами понимаете.

Решено — сделано. Одолжили у лесничего лошадку с тележкой и с самого утра выехали. Втроем: я, мой папа и Лешка.

Озеро нас не разочаровало. Лебеди там были, и даже с лебедятами, по этой причине я быстренько скатилась с телеги и включила видеокамеру — чтобы столь милое моему сердцу зрелище непременно запечатлеть.

Диспозиция к тому времени нарисовалась следующая. Дорожка, на которой располагалась наша лошадка с тележкой, была извилистой и довольно узкой (как раз на тележку и хватило), с одной стороны партизанской тропы стояла непролазная чаща, а с другой — слегка заболоченное озеро, с достаточно крутым берегом.

В лесу полчищами шасталась разная кровососущая гнусь, и папа решил защитить от гадов лошадку, накрыв ее специально припасенным с этой целью покрывалом.

Ну и, значится, я вожусь с камерой, Лешка сидит в телеге, на скамеечке, а папа, слезши с телеги, достает покрывало. Это то, что я успела заметить прежде, чем повернулась к лебедям. Дальнейшие события развивались за моей спиной и крайне стремительно. Сзади что-то громыхнуло, раздался стук лошадиных копыт, выбивающих карьерную дробь, и вопль Лешки (нет, не так: ВОПЛЬ).

Как потом оказалось, лошадка благородного намерения папы по спасению от летучего десанта не оценила и, непривыкшая к столь трогательной заботе, очевидно, сочла развернувшееся над ней покрывало крыльями какого-то особо страшного врага, способного не то, что всю кровь высосать, а вообще заглотить лошадку целиком, с хомутом и тележкой в придачу. И, повинуясь древнейшему лошадиному закону, гласящему «спасайся, кто может!», с воплем «Караул!!!» кинулась спасаться бегством. Папа попытался ухватиться рукой за телегу, но не рассчитал и упал. А Лешка на первом же прыжке перекулился со скамеечки на спину и, валяясь в положении «жук упал и встать не может» с торчащими вверх лапками, во всю мочь трубил: