Оценки процессов в идеологии и остальных жизненных сферах и стали предметом разговора при обсуждения двух докладов.
Как мне кажется, период с 1917 г. по настоящее время требует дополнительного «мозгового штурма», в противном случае может получиться неадекватная картина освещения процессов и явлений данного периода, а это, в свою очередь, может ввести в заблуждение современного читателя.
Возвращаясь к вчерашнему Ученому совету, хочу высказать ряд соображений. Во-первых, ИРИ, на мой взгляд, сыграл ведущую роль в разработке историко-культурного стандарта по отечественной истории для учащихся средней школы, где содержатся исходные оценки всего послеоктябрьского периода отечественной истории. Так, например, революция 1917 г. характеризовалась как Великая российская революция. (Напомню также о том, что коллектив авторов под руководством Ю. А. Петрова подготовил и издал двухтомник, посвященный революции 1917 г., также была проведена международная научная конференция.) В свете данной исходной посылки должна рассматриваться последующая история СССР.
Во-вторых, порожденный Великой российской революцией глобальный эксперимент, включавший в себя ряд неоднозначных этапов, нельзя рассматривать априори как тотальную неудачу исходя из распада СССР в 1991 г. Такая оценка «с конца» мало что имеет общего с историзмом. Исследователям не только важно маркировать некие «точки бифуркации», но понять комплекс объективных и субъективных причин, к ним приведших. Попутно отмечу, что любые эксперименты, в том числе в науке, могут привести как к новым открытиям, так и неудачам. На то они и эксперименты. В социальной сфере дело обстоит гораздо сложнее. Поэтому говорить о том, что миллионы людей зря участвовали в заведомо неудачном социальном эксперименте едва ли возможно. Исторический опыт реализации глобального коммунистического эксперимента дал колоссальные результаты во всех сферах жизнедеятельности и жизнеобеспечения. Отрицать этот непреложный факт, значит, ломиться в открытую дверь.
В-третьих, исследователям, желающим серьезно осмыслить причины неудачи глобального коммунистического эксперимента в СССР, следовало бы выявить, на каком уровне (теоретическом, идеологическом, экономическом, социальном) начались «сбои» в процессе его реализации. На мой взгляд, одна их определяющих причин заключалась в неспособности партийных «верхов» объективно (в режиме реального времени), а не по трудам классиков марксизма-ленинизма оценить вызовы времени и выработать адекватные им решения. Современный опыт Китая демонстрирует именно такие подходы.