В хрущевские времена Индонезия, возглавляемая президентом Сукарно (1901–1975), получила со стороны Советского Союза не только политическую поддержку, но и военные средства, включая джипы, плавающие танки, военные корабли, подводные лодки, артиллерийские системы, самолеты, разнообразное стрелковое оружие, а также участие многих советских военных советников и специалистов (так, в 1960 году их было около двух тысяч). Советский и военный контингент был дислоцирован на индонезийской военно-морской базе в городе Сурабая, где в 1962 году было открыто Генконсульство СССР.

В 1970-х годах, будучи в командировке в Рубцовске, Игорь оказался в номере с одним москвичом, который поведал ему следующее. Он был при Хрущеве опальным московским поэтом и подвергался гонениям за стихи, не созвучные с тогдашним соцреализмом. Одной из широко распространенных форм преследования неугодной молодежи была практика немедленного призыва строптивых в армию, несмотря на определенные льготы, имеющиеся у них. Поэта призвали в военно-морской флот, где тогда служили четыре года. Волею судьбы он попал в команду, которая занималась перегоном советских военных судов в Индонезию, и несколько раз побывал в Индонезии. Непросто было в те времена пообщаться с живым свидетелем индонезийской жизни – конечно, насколько советский матрос мог с такой жизнью познакомиться. Но кое-что он Игорю рассказал. Советская база находилась в Сурабае. Гавань была забита подводными лодками и надводными судами, начиная с подаренного Хрущевым крейсера «Ириан» (ранее «Орджоникидзе») и кончая торпедными и ракетными катерами. Советские моряки были переодеты в индонезийскую военно-морскую форму без знаков различия, а на судах были подняты индонезийские флаги. Готовились к освобождению Западного Ириана от голландских колонизаторов. И заодно активно посещали местные притоны.