* * *

За отведенные 36 часов нужно было проделать гигантскую работу по соединению сетей, на некоторых участках срочно достроить каналы и, что очень важно, обеспечить высокое качество изображения и звука. Для этого все используемые сигналы и тракты должны были соответствовать заданным параметрам. Согласование и контроль именно этих параметров сетей при прохождении телевизионного сигнала во все страны Европы были зоной ответственности Марка Иосифовича. Благо, что все страны были хорошо знакомы с разработанным в СССР телевизионным стандартом 625 строк. Но технических нестыковок возникало очень много. Эти 36 часов практически без перерыва работало много специалистов — и с нашей стороны, и со стороны европейских партнеров. Справились, все успели.

За отведенные 36 часов нужно было проделать гигантскую работу по соединению сетей, на некоторых участках срочно достроить каналы и, что очень важно, обеспечить высокое качество изображения и звука. Для этого все используемые сигналы и тракты должны были соответствовать заданным параметрам. Согласование и контроль именно этих параметров сетей при прохождении телевизионного сигнала во все страны Европы были зоной ответственности Марка Иосифовича. Благо, что все страны были хорошо знакомы с разработанным в СССР телевизионным стандартом 625 строк. Но технических нестыковок возникало очень много. Эти 36 часов практически без перерыва работало много специалистов — и с нашей стороны, и со стороны европейских партнеров. Справились, все успели.

А ведь еще нужно было решить множество чисто творческих, телевизионных задач: что и как показывать? где поставить камеры от аэропорта Внуково до Кремля? как комментировать?

Рассказывает Марк Иосифович

Весь сценарий приезда и весь показ шел через Центральную студию телевидения. Министерство связи обеспечило несколько ПТС — передвижных телевизионных станций (в обиходе «передвижек»), которые стояли во Внуково, на Ленинском проспекте, дальше по трассе до Кремля и на Красной площади. Были отечественные ПТС — их тогда делал Ленинградский институт телевидения, но были и зарубежные «передвижки». Обеспечить такую протяженную трассу средствами телетрансляции, да еще крупным планом показать радостные лица людей на обочинах и тротуарах было делом непростым, а с технической точки зрения для того времени уникальным. Помимо этого были найдены оригинальные решения и при съемках во Внуково.

* * *

За Гагариным в Куйбышев прилетел самолет Ил-18. На подлете к Москве к самолету присоединились семь истребителей из Кубинки, составив почетный эскорт… В аэропорту Внуково Юрия Гагарина ожидал грандиозный прием. Огромная толпа народа, журналисты. Самолет подрулил к центральному зданию аэропорта. Спустили трап… И вот первый в мире космонавт, советский человек майор Юрий Гагарин широко шагает по ковровой дорожке от трапа самолета к установленной у кромки взлетного поля правительственной трибуне. За ним жадно следят миллионы глаз — передача транслируется в прямой телеэфир. А тут — шнурок развязался! Но Юрий Алексеевич не споткнулся. Наверное, услышал мысли миллионов советских людей, горячо желавших ему держать шаг. Развязавшийся шнурок стал той трогательной деталью, которая вдруг показала всем, что Юрий Гагарин — не небожитель вовсе, каким хотели представить его советские пропагандисты, а самый обычный человек.