– Ты завтракал? – спросил водитель.
Я кивнул.
– А я вот голодный. Надо бы остановиться да перекусить.
Свернули на обочину, где вереницей толпились фуры. Водитель заглушил двигатель. Я спрыгнул и потянулся. Хотелось расшевелить засиженные места. Перед нами тянулся ряд небольших ларьков. У каждого на столе дымился самовар. Я спросил, где можно сходить по нужде. Мне указали за угол. Когда я вернулся, водитель уже распивал черный напиток, над которым клубился пар, и прикусывал пирожком.
– Чайковского, кофейковского? – сказал он и кивнул на ларь. При этих словах пухлая женщина за прилавком заржала.
Я отказался.
Водитель допивал кофе и болтал с буфетчицей, рассказывал, в какую даль я еду.
– Тут частенько встречаются такие, – говорит буфетчица, – обычно, водители их не берут. А в иной раз сами бегают и спрашивают, есть ли попутчики, а то им скучно одним ехать.
Закончили завтрак и двинулись дальше.
– Бывает, тоже едешь один, и по рации на общей волне начинают болтать, – говорит водитель, – есть место, где наши обедают, «Чикин хауз» называется. Так один спросил, что это вообще такое, ему отвечают типа дом курицы, а он такой: курятник, что ли? – с последним словом водитель рассмеялся чуть не до спазмов.
Разговор зашел о девушках, которые попадаются на трассе.
– Один раз совсем молодая села ко мне, – говорит он, – разговорились, она говорит, что дальнобойщиков грабит. Я опешил и спрашиваю: как грабишь? А она отвечает, что на 500 рублей грабит, и подмигивает мне.
До Москвы оставалось километров 150.
– Как мне лучше быть? – спрашиваю я, – до МКАДа доехать и на развязку во Владимир?
– Нет, на МКАД лучше тебе не соваться. Там движение очень плотное, и никто там тебя не подберет. Либо со мной южнее на развязку, либо сразу на объездную выйдешь.
Чего-то мне не захотелось лишний крюк делать. Говорю, что сойду на объездной.
Въехали в город Клин.
– Я сейчас ухожу направо, – говорит водитель, – а тебе идти налево.
Останавливается, желаем друг другу удачи.
– Иди на дорогу в Дмитров, – говорит он и указывает направление.