Оставшийся патрон обжигал пальцы Дечо. Он зарядил пистолет. Оставались считанные секунды. Несколько секунд, после которых уже не было ничего — ни боли, ни радости, ни печали.

Думал ли он в эти последние мгновения о своей нерожденной дочери, не знаю. Улыбался или нет, не знаю. Но уверена: никакая человеческая радость не могла бы его примирить с царством мрака, и поэтому рука его, не дрогнув, направила дуло пистолета в висок.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

1

Почти весь январь я провел в Осоицах. Со мной были Васко и еще два-три товарища. Остальные находились в Байлово.

Это было время усиленной организационной работы — встречи, собрания, совещания…

После массированных бомбардировок Софии в начале января села были переполнены эвакуированными. Поэтому для наших товарищей не составляло труда бывать там, не вызывая подозрения властей. Но в таких условиях посещение всегда требовало осторожности, и поэтому я приказал, чтобы без особой надобности партизаны из нашего отряда днем в селах не появлялись и никогда не ходили туда в одиночку.

Операции, проведенные за несколько минувших месяцев, создали нам славу. Люди заговорили о партизанах, причем подвиги их явно преувеличивались.

Власти всячески клеветали на партизан, распространяли небылицы о нашей «жестокости», утверждали, что мы все уголовники и никакой силы не представляем.

Полицейские, уже встречавшиеся с нами, очень хорошо знали, представляем мы силу или нет, и предпочитали в определенных случаях «не замечать» нас. Однако соблазняли крупные награды за головы партизан. Эти люди усердствовали, выслуживаясь перед властями, за что получали от нас заслуженное возмездие. Но обычно после нашего справедливого суда и наказания виновных приверженцы фашистской власти мигом утихомиривались.

В начале января Бойчо и Сандо отправились в Чурек. Они уже подходили к селу, когда их догнали двое — члены дочохристовой общественной силы.

— Куда идете?

— В Ботевград.

— Кто такие?

— Эвакуированные.

— Пропуска есть?

Стало ясно, что они хотели потребовать и документы, а для наших партизан самыми надежными документами были пистолеты в карманах. Бойчо подтолкнул Сандо плечом, и тот отступил на два шага назад.

— А как же! — сказал Бойчо. — В такое время разве ходят без пропусков? — И выпустил целую обойму.