Разительный контраст с тем сопливым мальчишкой, выросшим в крайней нищете в трущобах северного Ланкашира с более чем высокими шансами попасть в тюрьму.

*****

В июне 1991 года, через восемнадцать лет после того, как я пролил первую кровь в Омане, и через четыре месяца после своего возвращения с войны в Персидском заливе, я вместе с адъютантом оказался на борту самолета VC-10 ВВС Великобритании[6], летевшего в Соединенные Штаты на встречу с американскими рейнджерами. Через пару часов мой спутник посмотрел на часы, убедился, что в Великобритании уже за полночь, и положил свой портфель на колени. Порывшись в нем какое-то время, он вдруг удовлетворенно хмыкнул и вынул конверт, который протянул мне со словами:

— Меня просили передать вам это.

Оно было адресовано мне, но открыв конверт и прочитав письмо, которое в нем было, я с трудом мог поверить в то, что в нем было написано — на самом деле мне пришлось прочитать его дважды, прежде чем его содержание дошло до меня. Подписанное командиром 22-го полка Специальной Авиадесантной Службы, в нем говорилось, что я награжден медалью «За выдающиеся заслуги» за свои достижения во время войны в Персидском заливе.

Для меня было что-то немного нереальным в ситуации, когда мы вдвоем чокались стаканами джина с тоником на высоте 30 000 футов над Северной Атлантикой. Адъютант просто сказал: «Молодец, ура!», — продолжая объяснять, что причина, по которой он не передал мне письмо раньше, заключалась в том, что список награжденных был строго запрещен к обнародованию до наступления в Британии времени после полуночи.

Так получилось, что в один прекрасный летний день несколько недель спустя я отправился в Букингемский дворец с другими военнослужащими Полка, которые должны были быть награждены за свои действия во время кампании в Персидском заливе. В газетах ничего не говорилось о церемонии, поскольку она проводилась тайно, чтобы защитить личности солдат, служивших в САС, но впоследствии о ней сообщалось с обычной смесью полуфактов и чистой фантазии. На самом деле произошло следующее.

В день награждения я отправился в штаб-квартиру герцога Йоркского на Кингс-роуд в Челси, штаб-квартиру британских Сил спецназа, и там переоделся в свою самую лучшую униформу. Потом с остальными ребятами из полка, которых чествовали в тот день, забрался в автобус, ожидавший нас вдали, где срисовать нас мог любой. Небольшое расстояние до Дворца мы проделали со заблаговременно задернутыми занавесками, чтобы никто не смог сфотографировать ни нашего прибытия, ни нашего отъезда — не стоило нашим снимкам попадать в досье враждебно настроенных лиц или организаций.