Отдыхать надо, а как? Где? Да и не привлекает ничего в отдыхе, тоже суета. Довольно кислая ситуация при всем понимании того, что победа, радость, несказанное счастье.
И надо толково придумать, что же дальше. Нельзя покатиться по времени – не вернешь! Время уходит, жизнь кончается!
Надо проследить за сборами и записать, сколько на каком сеансе было зрителей – это есть факт и он будет что-то означать. А что, при усилии можно будет понять.
Но, пожалуй, не завтра – послезавтра станет все ясно: это суббота, воскресенье. Все будет ясно в понедельник, в 10.30 утра.
15.09.84 г
15.09.84 г
Главное в создании художественного произведения – вовсе не избавление от недостатков, главное – созидание достоинств. Часть им помогает избавление от недостатков, но бывает (и довольно часто), что уничтожение недостатков ведет к уничтожению достоинств. И тут нет «окончательных» законов творчества, и тут живая жизнь существования.
15.09.84 г
15.09.84 г
В «России» в 10.30 – 900 человек (аплодисменты); в 13.00 – 1800 (плохая погода); на открытии кассы очередь была до низу, с 12.00 до (пока) 13.30 – очередь идет и идет.
А еще, наверное, вот в чем дело – нельзя лихо рассказывать о горе. Если бы «Чучело» эстетически и конструктивно было идеально – это было бы как-то бестактно. Тут современный «дизайн» невозможен.
16.09.84 г
16.09.84 г
Картину показывали в Звездном городке – ни одного космонавта не было. Это, очевидно, у них так водится: если бы была Алла Пугачева, Хазанов, Райкин – другое дело. Борис Егоров привез Митю и судорожно звонил: «Тут играет мой Митька», но это тоже никого не взволновало: кто был в бане, кто еще где. Потом звонили, что были разные мнения, но большинству очень понравилось. Я это понял и по тому, как комендант, к которому я дозвонился, соединил меня с клубом: он и волновался, и по-солдатски благодарил за фильм: «Очень, очень, очень».
17.09.84 г
17.09.84 г
Состоялась премьера в Центральном Детском театре. Были сорок человек дмитровчан. Они ждали после фильма. Была мама (не смогла сидеть – ушла). Был Никулин, все основные дети. Все прошло тепло, взволнованно. После фильма я выступал. Когда попросил задать вопросы – получил вопрос: «Вы считаете детство черным периодом в жизни человека или светлым?» В вопросе были все возможности для меня. Его демагогичность была не самым главным, он точно выразил новое в фильме как в произведении «детского кино». Если не эта ублюдочная демагогия, если не этот «оптимизм» директора школы и учительницы, это детство уже чернится. Я отвечал, вернее, молодая учительница, ее душили слезы, она поблагодарила, упомянув в конце о «странном вопросе», который был задан.