Читаю сценарий Б. Саакова[226] и Р. Быкова. (Ха!) Сразу пойло в духе некого азиатского кино и «р-р-романтические» детские сопли.
Это о детстве, о его силе и возможностях, об отношении к детям. Сейчас все упрощено. Упрощен следователь Умеш, родители, нет Москвы. Нет наших дипломатов, жизни посольства. Все развивается однолинейно. Как ни странно, нет захватывающих моментов и развития, нет характеров. Из нового прекрасно делается старое. К тому же многое умильно. Нет опасности в злой и жестокой обезьяне, ее буйном характере (она задушила кого-то). И только маленького пожалела.
03.10.87 г
03.10.87 г
Через час лечу в ФРГ (Франкфурт, Мюнхен, Нюрнберг и т. д.). Поездка будет более чем сложная и довольно скучная. Провел 02.10 первые занятия со студентами: из шести было трое. Сельянов в Ленинграде по поводу фильма (его уже просил себе Соловьев), Опенышев в Ленинграде выписывается, Овчинников на гастролях. Провел беседу. У ребят очень хорошие лица.
Уезжаю очень неспокойный. Студия, курсы, модель, пленум. Работал над «Кошкой» – очень интересно.
13–14.10.87 г
13–14.10.87 г
Проехали Штутгарт – Мюнхен – Нюрнберг – Гётеборг – Киль – Гамбург – Дюссельдорф – Бонн – Майнц – Франкфурт.
(Надо записать, завтра учредительная конференция детского фонда, вроде буду выступать.)
Надо поставить четкую цель. Я хотел бы высказать и свои надежды, и свои опасения. Главное – объяснить, что организация детского фонда сама по себе не конец детских бед, а начало огромной глобальной общественно-социальной реформы.
Какие достоинства – ясно. Это достоинства государственного, общего и вполне конкретного подхода к проблемам детства. Это общественная централизация. (Централизация финансов.) Итак, есть деньги, а будут и немалые. Что за этим? Бремя или возможности?
06.11.87 г
06.11.87 г
Готовлю доклад на пленум СК. В голове нет строя и ощущения общей темы. Надо говорить о будущем, но ни одна идея не ясна без оценки прошлого и сегодняшнего дня. А сегодняшний день показал многое: основное положение состоит в том, что сложилась новая ситуация – критический анализ пошел и вширь, и вглубь. Определилась тема восстановления истории, ее пересмотра, новых оценок. Тут сразу не все сходится. В отрицании Сталина – отрицание того, что отрицать невозможно. Начинаются тактические оценки. Они сталкиваются с критическими.
Но главное в другом. Перестройка в экономике натолкнулась на общегосударственные регламентации, нуждающиеся в пересмотре. Речь идет (у нас) уже не о столкновении объединения и студии, СК и Госкино СССР, а о столкновении СК с Госкино и Минфином, Госпланом, Госкомтруда и Советом Министров.