В память о Синопском сражении моряки ежегодно 18 ноября устраивали в Севастополе обед, на который собирались офицеры, служившие под командованием Нахимова. В 1886 году часть Морской улицы назвали именем Нахимова. Через 45 лет после сражения, 18 ноября 1898-го, в Севастополе на площади перед Морским собранием в присутствии императора Николая II открыли и освятили памятник Нахимову (авторы — художник-любитель генерал А. А. Бильдерлинг и архитектор И. Н. Шредер). К сожалению, в годы советской власти его постигла участь всех памятников «царским генералам»: он был снят, на его место водрузили памятник Ленину.

После Великой Отечественной войны памятник Нахимову был отлит вновь и установлен в 1959 году на том же месте (авторы — скульптор Н. В. Томский и архитектор А. В. Арефьев), только теперь он обращён лицом не к морю и Графской пристани, а к городу.

Глава восьмая ВОСТОЧНАЯ ВОЙНА. СЕВАСТОПОЛЬ

Глава восьмая

ВОСТОЧНАЯ ВОЙНА. СЕВАСТОПОЛЬ

Перед большой войной

Перед большой войной

Победа Нахимова при Синопе заставила Британию пересмотреть свой план воевать руками Турции, однако переложить тяготы войны на других союзников англичанам удалось не сразу. Только спустя три месяца Англия, Франция и Турция заключили договор, спустя ещё полмесяца, 15 (27) марта, Франция, а вслед за ней и Британия объявили войну России. В этот день министр внутренних дел Британии лорд Пальмерстон, поднимая бокал, сказал: «Я хочу произнести новый тост... новый со времён Крестовых походов. Я пью за объединённые военно-морские силы Франции и Англии». Целью крестоносцев Средневековья было освобождение от неверных храма Гроба Господня, путь новых крестоносцев лежал в Россию. Правда, не все английские военачальники успели привыкнуть к смене союзников; говорят, командующий британскими войсками в Крыму лорд Ф. Реглан, участник битвы при Ватерлоо и адъютант герцога Веллингтона, по старой памяти называл противника «французами», на что союзники, естественно, обижались.

Как жил Нахимов после Синопа? — Звуки медных труб ничего не изменили ни в его характере, ни в службе. Корабли нуждались в починке, некоторые — в серьёзном ремонте; вот этим он и занимался. Свой флаг вновь поднял на корабле «Двенадцать апостолов». Каждый день проходили стрельбы, корабли выходили в море на учения. Забот было так много, что всю зиму Нахимов жил на корабле, на берег съезжал только по делам, к великому огорчению Рейнеке. Нахимов даже двоюродному брату Андрею Михайловичу, который вёл его дела, нашёл время написать лишь в марте (!), чтобы поблагодарить за поздравление с победой: