Порядка в самом МВТУ прибавилось немного. Оригинально действовал проректор К.А. Новиков. Недостает количества свободных номеров в гардеробах. Ответ Новикова: «Надо приходить раньше!» Принято решение общего партийного собрания об укреплении руководства АХЧ, но оно не укреплялось.

У М.А. Попова случается инфаркт, он поправляется, но наступает второй инфаркт. Приходится оставлять то место, которым он так дорожит.

Сразу у него меняется интонация, авторитетность, исчезает властность, солидность. Все в прошлом. Возврат на должность зав. кафедрой. Умирает вскоре от сердечной недостаточности, а ведь в молодости был здоровым рабочим. Не место красит человека, а человек — место.

Минвуз продолжительное время подбирал директора вместо М.А. Попова. Намечается профессор С.В. Пинегин — не прошел, хотя он в течение трех месяцев готовился к принятию этой должности.

Наконец директор подобран: бывший начальник главного управления Минвуза профессор Дмитрий Антонович Прокошкин. Он сразу не адаптировался в должной мере, хотя много сделал хорошего. При нем отстроили новое здание МВТУ. Училище пышно справило свое 125-летие с награждением орденом Ленина. Очень значительно вырос вуз по числу студентов, лабораторий по объему научной работы. Вообще, период его руководства (1954-1959) обошелся без нервотрепок, был созидательным. С профессурой во время директорства тесных связей у него не установилось, его считали специалистом не вполне бауманского профиля — он был металлургом, но и никаких трений тоже не происходило. Д.А. Прокошкин — человек интеллигентный, культурный, старый член партии, тактичный, пожалуй, не очень предприимчивый. Но назвать его трудолюбивым не могу. Мне кажется, он больше любил жизнь и меньше — труд. Словом, «работать для жизни, а не жить для работы!». В Минвузе отношение к нему было не хуже, но и, пожалуй, не лучше, чем к другим директорам. Д.А. Прокошкин — человек очень скромный. За 6 лет пребывания директором он организовал себе лишь небольшую кафедру в несколько человек, размещавшуюся на мини-площади. Он читал лекции, руководил аспирантами, у него на кафедре защищались докторские диссертации. Проводились действительно актуальные для промышленности работы, и были квалифицированные силы для их выполнения. Одно событие, по моему мнению, дало трещину во взаимоотношениях между ним и партийным активом. Проходила партийная конференция МВТУ, на которую приехала Е.А. Фурцева. В конце проводились выборы делегатов на районную партийную конференцию. Было предложено число кандидатур, равное числу делегатов, плюс единица. Так было принято в то время. Один, получивший наименьшее число голосов, оказывался неизбранным. Этим неизбранным был Д.А. Прокошкин. Его не собирались забаллотировать умышленно, но он получил минимальное число «за». Секретарем парткома был, насколько я помню, Н.Г. Егорычев. Для директора это было оскорбительно. Как воспитанный человек, Д.А. не подал вида, но через 2 месяца стал настойчиво добиваться своего освобождения от директорских обязанностей, мотивируя желанием полностью отдаться НИР и, по-видимому, быть избранным членом-корреспондентом. Но думаю, что уход с поста директора лишь понизил шанс на избрание. Он стал зав. кафедрой и от бурной административной деятельности отошел, может быть, навсегда.