Другое дело, чего вся эта «мыльная опера» стоила и без того работающему на пределе 73-летнему Бескову. Впрочем, у своего руководителя он нашёл полное понимание: «Я рад тому, что Толстых — и как президент профессиональной лиги, и как динамовский президент — лояльно отнёсся к сложившейся ситуации. Если футболисты не устраивают одну команду, а другая в них заинтересована, не стоит чинить им препятствий» («Спорт-Экспресс», 21 мая).

Потихоньку в чемпионате России подоспела пауза. Сборная отправилась в Америку на первенство мира.

Динамовцы делили по набранным очкам первое место со «Спартаком», проведя при этом на одну игру больше. Но, по существу, то была иллюзия борьбы за чемпионство. Красно-белые и так, объективно говоря, превосходили по составу старых соперников, а тут ещё лидер «Динамо» Игорь Добровольский отбыл в «Атлетико» Мадрид. Уезжал полузащитник согласно предварительной договорённости, никаких противоречий с московской командой не имелось. Однако что с того: всю вторую половину сезона-94 Бесков будет горевать о потере диспетчера. Творить стало некому — что для тренера может быть страшнее?

И вот уже рушатся налаженные связи. Заменить состоявшегося мадридца некем. Пробовались и ветеран Хидиятуллин, и мощный, обладающий хорошим ударом Смирнов, и перешедший ещё в мае из московского «Спартака» защитник Андрей Иванов. Иногда что-то получалось, но до образцов первого круга игра «Динамо» явно недотягивала.

Здесь и грянули два неприятных поражения — от ЦСКА (2:4) и то самое от нижегородского «Локомотива». А ещё бо́льшие неприятности произошли уже после этих проигрышей. На командном собрании полузащитник Омари Тетрадзе сообщил о плохой физической форме динамовцев. Затем поведал о своём особом мнении на телевидении. Конечно, есть свобода слова, гарантированная конституцией. Однако уместно привести рассуждение тогдашнего главного тренера олимпийской сборной России Е. М. Кучеревского:

«В моей практике тоже случались подобные конфликты, и каждый раз я старался разрешить их один на один с игроком. Не потому, что боялся за свой авторитет. Боялся другого — как бы недоразумение между футболистом и тренером, подобно зажжённой спичке, брошенной в сухую траву, не вызвало пожар в команде, не перекинулось бы на игру.

В “Динамо” как раз такое и случилось: ссора между игроком и тренером стала общеизвестной и не могла не вызвать резонанс, отрицательный для команды. В связи с этим меня удивляет позиция Тетрадзе, публично выступающего с критикой тренера. На мой взгляд, от подобных высказываний обстановка в команде не улучшится, как не улучшится и игра. Футболист, в моём представлении, в печати или по телевидению может рассказать о себе, о товарищах, но только не критиковать действия тренера. В чемпионатах Италии, Испании, Франции, Англии или Германии по крайней мере этого, насколько мне известно, не встретить» («Советский спорт», 3 сентября).