– Кстати, такая маленькая ремарка. У Саши Розенбаума тоже есть песня «Охотный ряд», помните, да.

А. В.: Ну да.

– И там была такая фраза: «И Окуджава тихо поет, Охотный ряд. Охотный ряд». Поклонники Визбора разорались страшно, и он переделал слова. Здесь: «И Окуджава песни Визбора поет, Охотный ряд, Охотный ряд».

А. В.: Да, да, да.

– Юрий Визбор родился, кстати, в семье командира Красной Армии. Отец был из Литвы, и фамилия у них была Визборас. Но так как пролетариат не сильно врубался в окончание фамилии «ас», то он просто стал Юрием Визбором. И сейчас я хочу пригласить на эту сцену человека, который тоже вырос в семье военных. Должен был стать военным, но стал отменным музыкантом – это Александр Маршал.

Александр Маршал: Должен был быть, но не стал. Спасибо, Жень, еще раз за приглашение, мне очень приятно быть в этом замечательном здании, и тем более с моим давнишним другом, с которым сколько мы знакомы?

– Лет 40 с чем-то.

А. М.: Да, и сегодня особенный случай, почему? Потому что для меня песни о Великой Отечественной войне – это нечто особенное в моей жизни и творчестве. И сегодня мы отдаем дань памяти замечательном человеку, которого звали Юрий Визбор. Давайте ему поаплодируем!

(Аплодисменты.)

Песня, которую я сейчас исполню, знаменательна для меня вдвойне, потому что называется «Виталий Палыч». А моего отца звали Виталий Палыч. И когда я исполняю эту песню, вспоминаю своего батю, который уже ушел из этой жизни, но мне его очень-очень не хватает. Это был военный летчик, командир учебной эскадрильи, сделавший больше пяти тысяч вылетов на пилотаж.

(Песня «Виталий Палыч».)

– Вспомнил вот что. Я-то думал, что первые квартирники были у нас на «Аэропорте». Оказалось, что нет. Юрий Визбор закончил педагогический институт, там встретил Аду Якушеву, и они стали вместе писать песни. И когда они наконец-то поженились и переехали на Неглинку, где родилась, кстати, ты, у них там были самые первые такие поэтическо-музыкальные квартирники. То есть они были как бы первооткрывателями, да?