Я думал об этом целыми днями. Мне казалось, у группы все складывается хорошо, и мы успешно реализовали все поставленные цели. Мы объездили мир, выпустили отличные пластинки и воплощали все свои рок-н-ролльные фантазии и не только. В конце концов я добрался до самой сути и спросил себя: «Ладно, поеду ли я в этот тур, чтобы сохранить группу и двигаться вперед, или не поеду, но тогда группа распадется? Может быть, мне пора завязывать с Anthrax?»

Хуй там плавал! Я не был готов все бросить. Я просто не мог. Я отдал группе почти 25 лет жизни, прошел с ней огонь, воду и медные трубы, и знал, что наступит день, когда этот корабль сменит курс и мы вернемся, чтобы снова сочинять альбомы и собирать аншлаги. У нас будет настоящий лейбл, который будет нас спонсировать, а мы будем зарабатывать деньги, занимаясь любимым делом. А кроме того, я еще не все сказал. Если мы для этого должны были потерять Джона Буша, я был готов к таким жертвам. Моя жизнь в Anthrax и карьера значили для меня больше, чем потеря Джона в качестве вокалиста, каким бы хорошим другом он для меня ни был.

Решение было непростое. Ужасная, паршивая ситуация. Мы не только бортанем Джона, мы еще и без Роба поедем на гастроли, потому что полный реюнион подразумевал возвращение Дэна Спитца. Роб даже не догадывался, что лишился работы, пока мы не начали планировать новый тур. Буквально через пару недель после гастролей с Dio мы уволили Роба.

Не считая коммерческих нюансов относительно реюниона, был еще один фактор, который относился к Чарли и моему решению снова собрать старый состав. 8 декабря 2004-го Даймбэг Даррелл был насмерть застрелен прямо на сцене в Колумбусе, штат Огайо, во время выступления со своей новой группой Damageplan. Мы с Перл узнали об этом по пути к ее бабушке, которая жила в Ланкастере, штат Пенсильвания. Мы вылетели из Лос-Анджелеса в Нью-Йорк, взяли напрокат тачку и отправились на ней из аэропорта Джона Кеннеди в Ланкастер. Ехали несколько часов. До отеля мы добрались около 11 вечера, жутко вымотанные. Перед сном я пошел в душ, а когда вышел, Перл мне сказала: «У тебя телефон разрывался».

Я взял его в руки и увидел пропущенные от Чарли, владельца Adrenaline PR Марии Ферреро, которая работала с нами на заре нашей карьеры в Megaforce, и от многих других. Все они звонили в 11:30 вечера, и это были будни. Странно. Я перезвонил Чарли, а он меня спрашивает:

– Слышал?

– О чем?

– Даррелла застрелили.

– Что?

– Дайма, Дайма застрелили насмерть в клубе Alrosa Villa на концерте Damageplan.

Я никак не мог переварить эту информацию. Мысль о том, что Дайма застрелили прямо на сцене, была еще более невероятной, чем смерть Клиффа Бертона в автобусной аварии. Как кого-то могли застрелить на сцене? Такого вообще никогда не случалось. Даже в жестоком мире рэпа никого и никогда не убивали на сцене. Таких прецедентов просто не было. Все это находилось за гранью моего понимания.