Было время, когда я искренне поверил в добрые намерения очередных руководителей моей страны и, особенно, когда съездом было постановлено осудить культ личности и считать коммунистом не того, кто ищет для себя привилегий в удовлетворении материальных потребностей, а того, партбилет которого является свидетельством сознательной целеустремленности и правом на бескорыстный труд ради честного своего и своего народа счастья. Но прошло не так уж много времени, и факты, события и сама жизнь стали опять препарироваться, опутываться ложью, желаемой опять выдаваться за действительность, только в более утонченной форме. Прогрессировал и культ личности. Вся беда в том, что руководство и те, кто им близок, или, вернее, служит, материально давно уже живут, как должно быть при коммунизме — каждому по потребностям («Кремлевка»). Закрытое и тайное снабжение с доставкой на дом — вот мерило благополучия, за которое идет борьба, совершенствуются подлости, пухнет подхалимаж и стелется раболепие.

Так вот, други мои, вы тоже пользуетесь в той или иной мере этой кормушкой. Бытие определяет сознание, и вы не в силах противостоять натиску обстоятельств, жен, детей и близких — скрипите, но насилуете себя: поднимаете руку, где требуется, да и ногу, если подмигнут.

В этих первых письмах я пишу правду — я сам ее видел. Реалистическая и даже натуралистическая манера письма умышленно акцентируется мной, чтобы дикость трансформации натур, чувств и понятий под давлением основополагающей лжи и обмана предстала во всей своей неприглядности для самых черствых и каменных, чтобы была понятна опасность передачи власти и прав сильного удобным и послушным, эгоистичным и слепым корысти ради.

По вашим, други, писаниям все мы социалистические ангелы и готовы живот свой положить за единомышленников своих. А в действительности, когда спускаемся с трибуны, пониже и еще ниже, живем по Райкину: вы мне — тише едешь, я вам — дальше будешь, вы мне телевизор, я вам телефон. Конечно, есть в ваших писаниях и черти настоящие, рогатые, но непременно не наши доморощенные, а отрыжка капитализма. И все правильно: человек совершенствуется тысячелетиями, природа — миллионами лет, и только природой человека можно объяснить чувство собственности у ребенка. Так стоит ли петь дифирамбы нашим «успехам» в формировании человека нового общества — за полвека — и еще выдавать их за массовые? Вред, который приносит такое вранье, вызывает улыбку у либерального Запада, а сами мы — слепоглухие Иваны, что ли? Ложь, которая, развиваясь с тридцатых годов, пронизала все внутренние системы нашего общества, рождает чудовищные извращения понятий и морали человека — единой для всех людей. У нас она стала основой приспособленчества, карьеризма, подхалимажа, протекционизма, скрытого взяточничества, блата.