— Какие силы там сосредоточены? — спросил маршал Жуков.

— Свыше шестидесяти самоходных артиллерийских установок типа «фердинанд» и «пантера».

— Мощная противотанковая засада, — уточнил начальник штаба. — Целое соединение. Это, так сказать, «сюрприз» противника.

Начатое 14 января сорок пятого года наступление войск Первого Белорусского фронта развивалось без серьезных осложнений. В районе белого пятна юго-западнее Варшавы удалось блокировать свыше ста тяжелых танков и самоходных орудий, которые так и не смогли нанести неожиданный удар по нашим танковым соединениям, устремившимся в прорыв, на оперативный простор.

Войска 9‑й армии противника, пытавшиеся сдержать мощные удары Первого Белорусского фронта, были расчленены и с большими потерями покатились на запад. Попытки гитлеровских генералов закрепиться на Варте, используя форты и цитадель Познанской крепости, а затем в Мензелинском укрепрайоне не увенчались успехом. Наши войска, заранее предупрежденные о приготовлениях противника на этих участках, приняли необходимые меры.

За двадцать дней наступления войска фронта достигли Одера и 1 февраля овладели плацдармом на его западном берегу, невдалеке от крепости Кюстрин, в пятидесяти семи километрах от Берлина.

Через два с половиной месяца, утром 16 апреля сорок пятого года, разведанная и хорошо изученная система оборонительных сооружений на Зееловских высотах была накрыта огнем многих тысяч орудий, минометов и авиации.

Кюстринский плацдарм напоминал в то утро центр вулканического извержения. Лавина раскаленного металла, лавина танков, огонь пулеметов, автоматов, порыв человеческих сердец — все устремилось к цели — на Берлин. Развернулись тяжелые бои. И было отрадно сознавать, что ни один наш танк, ни один орудийный расчет, ни одно стрелковое подразделение не действовали вслепую. Все они знали о приготовленных противником препятствиях, действовали нацеленно, сноровисто, решительно. Это и есть высокое воинское мастерство, которое немыслимо без разведки.

Глубоко эшелонированная оборона с множеством естественных и искусственных препятствий, усиленных дотами, дзотами, крепостными сооружениями, была прорвана на всю глубину от Зееловских высот до стен Берлина за считанные дни.

Непреодолимые, казалось бы, барьеры из железобетона и каменных стен в самой фашистской столице, включая превращенный в крепость рейхстаг, также покорились советским воинам, штурмовавшим последние укрепления главарей третьего рейха.

2 мая сорок пятого года гарнизон Берлина капитулировал.

Разумеется, в приказе Верховного Главнокомандующего в честь взятия Берлина не было сказано поименно о всех тех, кто на пути к Берлину умирал без солдатских медальонов, кто своим напряженным трудом обнаруживал опасность и тем приблизил час победы над врагом. Да и разве можно назвать их всех, если их были тысячи!