Потом, в годы горбачевской гласности, социолог Татьяна Заславская скажет о 1970-х: «Хронической проблемой оставалось недостаточное обеспечение населения продуктами питания, несмотря на большие капиталовложения в сельское хозяйство. Для миллионов советских людей символом благосостояния стала колбаса. В каком-то метафизическом смысле этот немудреный продукт очень точно выбран. Не хлеб, не селедка, а именно колбаса. Потому что она удовлетворяет одну из самых массовых потребностей, и возможность ее покупать — действительно какой-то реальный порог благосостояния. В те годы одним из доказательств того, что так жить нельзя, был именно дефицит недорогой и качественной колбасы. Если для широкой массы людей проблемой становится колбаса, то ясно, что это тупик».
«Николай, лети на Кубу»
«Николай, лети на Кубу»
В феврале 1971 года Байбакова вызвал Брежнев:
— Николай, лети на Кубу. Поможешь Фиделю в планировании. Вот письмо от него. Фидель пригласил персонально тебя. Встретишься с ним, обменяешься мнениями, посоветуешь, что и как им делать.
Первая беседа председателя Госплана СССР с кубинским лидером проходила в советском посольстве в Гаване. Она длилась почти три часа — Фидель был, как всегда, необычайно словоохотлив. Разговор носил общий характер. Обсуждали состояние экономики Кубы и СССР. Затронули некоторые вопросы внешнеэкономических связей. Затем наметили план совместной работы и договорились о дальнейших встречах.
Эти встречи проходили потом в ночное время и заканчивались иногда под утро — таков был режим Фиделя Кастро. Собеседниками команданте были также заместитель Байбакова Н. Н. Иноземцев, другие работники Госплана и советского посольства.