— Мною?! Что вы говорите! Зачем было мне его посылать?

— Ну так, значит, мы ошиблись; в таком случае, вероятно, генералом Новицким. Во всяком случае, не желая скрывать что бы то ни было ни от вас, ни от генерала Новицкого, мы решили его оставить, тем более что вывести его мы могли бы только силой, а устраивать скандал нам не хотелось.

— Нет, я никого не посылал. Были речи? Кто говорил?

Я перечислил официальных ораторов.

— Больше никто?

— Нет, еще оратора два-три, но я не знаю их фамилий.

— Значит, они не из ваших знакомых и приглашены не вами лично?

— Совершенно верно.

— А что говорил, например, князь Трубецкой?

— Простите, передавать чужие речи очень трудно, — очень легко изложить неверно, и в таком случае берешь на себя большую ответственность.

Генерал-губернатор не настаивал.

— А вы что говорили?

— Я говорил преимущественно о той полемике, которую в течение многих лет вел «Вестник Европы» с «Московскими ведомостями» по вопросу о совместимости судебных уставов с самодержавием1010, и, со своей стороны, доказывал правоту последних.

Мое изложение собственной речи было верно, но — cum grano salis1011 и не совсем полно. Клейгельс, без сомнения имевший и до меня довольно полные и точные сведения о содержании речей, видимо, понял это и улыбнулся.

— Значит, слухи, что собрание имело характер антиправительственной сходки, преувеличены?

— Они не преувеличены, они просто не верны.

— Ну очень рад, очень рад. Я, значит, могу считать, что я теперь осведомлен из вполне достоверного источника.

В тоне звучала явная ирония, но слова были строго корректны. Простились мы как добрые знакомые, и я ушел благополучно.

В тот же день я рассказал эту беседу в редакции, а затем с вечерним поездом, тоже вполне благополучно, уехал в Петербург. Никого другого генерал-губернатор к себе по этому делу не вызывал, и никаких последствий банкет не имел. Недаром это была «весна» Святополк-Мирского1012. А для общественного настроения этот банкет сделал очень много.

Банкетная кампания продолжалась и после моего отъезда; в течение первого полугодия 1905 г. было устроено еще, кажется, два банкета по разным поводам с таким же или даже более значительным успехом.