Я его застал дающим своему молодому начальнику штаба полковнику Соколовскому какие-то распоряжения. Увидел я его после многих лет, в течение которых мы, находясь в разных участках нашего громадного фронта, совсем не встречались. Только один раз я надеялся встретиться с Петром Николаевичем, когда получил предложение в 1915 году от генерала Крымова принять один из полков его дивизии, в которой Врангель уже командовал Нерчинским полком. Однако это мое назначение не состоялось, так как до меня еще не дошла очередь.

Увидев моего друга, я даже не успел его как следует разглядеть. Прекратив свой разговор с Соколовским, Врангель быстро подошел ко мне. Мы расцеловались, и он мне сказал, что я прибыл более чем своевременно. Тут же немедленно он стал знакомить меня с общей обстановкой на фронте, с данной ему задачей и о распоряжениях, которые он давал своим частям. Я погрузился в карту и стал по ней следить за его словами. Затем он мне сказал, что поручает мне командование средним боевым участком его армейской группы, с назначением меня одновременно и начальником 1-й конной дивизии, которой он недавно командовал сам. Он мне сказал, что завтра же он намерен перейти в наступление, почему предложил мне поскорее добраться к моему штабу. После этого Врангель опять подошел к подполковнику Соколовскому и стал проверять заготовленную директиву. Тут же она была подписана и стала размножаться для отправки по назначению. Здесь же мне был вручен этот боевой приказ.

Должен признаться, что у меня от всего перечувствованного в эти минуты положительно закружилась голова. Встреча с близким другом, ставшим тогда уже героем по ряду удачных боев на Северном Кавказе, поручение, совершенно неожиданное, данное мне по прибытии моем в Петровское, ответственной роли боевого начальника, спешное мое отправление к месту моего командования – все это вызвало во мне ряд сильных и разнообразных переживаний.

Правда, в глубине души я таил надежду, что меня назначат командовать дивизией, но фактически я получил в командование конный корпус, впредь до прибытия на фронт генерала Покровского, находившегося в Екатеринодаре.

Кроме того, мне было как-то странно не обмолвиться с моим другом – теперь моим командующим армией – хотя бы одним словом о всем том прошлом, которое нас разъединило физически на многие годы, столь насыщенные событиями. Видя мой озабоченный вид, Врангель подошел ко мне и спросил меня, что меня смущает.

– Поверь, – сказал он мне, – ты легко справишься с этим поручением. Обе твои дивизии имеют прекрасные части, а среди подчиненных ты встретишь храбрейших и умелых начальников.