* * *
Закончились, наконец, для Добровольческой армии более чем трехмесячные бои у Армавира. Для марковцев они тянулись 42 дня и делились на два периода: первый – в 31 день, вынужденного стояния под городом, с его неудачными атаками, и второй – в 11 дней, когда город был взят, а затем шли ежедневные тяжелые, маневренные бои и удачи чередовались с неудачами.
Генерала Маркова полк потерял до 2 тысяч человек. Пополнений получил до 1 тысячи человек и закончил бои в составе около 1500 штыков, имея в ротах от 40 до 120 штыков. Понес потери и 1-й артиллерийский дивизион.
Во всех операциях принимала участие и 1-я Инженерная рота. Она несла охрану тыла дивизии, исправляла железнодорожные пути, мосты. Ее железнодорожный взвод обслуживал связь, заведовал движением поездов, действовал на вспомогателе «Офицера», а со взятием Армавира формировал еще два вспомогателя, вооруженные пулеметами, которые принимали участие в последующих боях.
Армавирские бои произвели сильнейшее впечатление на участников своей жестокостью и крайним упорством, проявленным противником. Они заставили еще раз признать, что победа над большевиками не будет легкой и скорой, т. к. они могут хорошо организовать свою армию, ввести суровую дисциплину и даже поднять ее дух, хорошо руководить боевыми действиями и проявлять быстрые и инициативные решения.
Из всего этого, плюс – всегда подавляющая численность противника, напрашивались выводы. В них, собственно, ничего нового не было, но они не могли не наводить на мысль: все нужное для победного боя должно быть качественно и практически доведено до крайней степени совершенства. Какого? Для марковцев есть пример: генерал Марков!
Армавирские бои, в сущности, не дали марковцам славы блистательных успехов и побед. Они не выдвинули ни одного лица, которому можно было бы приписать что-либо выдающееся. Полковник Тимановский? Он был для всех высоким авторитетом, но роль его в лобовых атаках невольно становилась бледной. В разговорах стало часто упоминаться имя полковника Булаткина, как храброго и распорядительного начальника, но и только. О других не говорили. Совершенно незаметно для всех было имя нового командира полка, генерала Ходак-Ходаковского, георгиевского кавалера, сравнительно молодого. Его мало кто видел, а если и видел, то не знал, что он командир полка. Он был ранен за Армавиром, и имя его совершенно забылось. В полк он уже не вернулся.
У марковцев был славный день, когда они взяли Армавир. Но этот успех исключительно – успех всех их, каждого из них…