От военной службы кабардинцы, как и все горцы Кавказа, были освобождены, но многие из них служили в русской армии офицерами и дослужились до больших чинов, как, например, генералы Шимшев, Хагандоков и князья Бековичи-Черкасские. Как строевая часть, кабардинцы впервые служили в русской армии во время Русско-японской войны в рядах Кавказской конной бригады, состоявшей из добровольцев. Следует отметить всегдашнюю верность Кабарды России, за что Императором Николаем Павловичем кабардинцам было пожаловано «народное знамя», благоговейно хранившееся в Нальчике, в здании народного правления, даже после революции, комиссаром Временного правительства кабардинцем Чижековым.

Война 1914 года вызвала к жизни уже целый полк кабардинцев-добровольцев, доблестно сражавшихся с врагами России и не менее доблестно поборовших все соблазны при наступлении революции и развале фронта. Кадр офицеров и унтер-офицеров полка был составлен из представителей многих кавалерийских и казачьих полков, но предпочитались, однако, люди, знакомые с укладом жизни и обычаями кавказских народов. Всадники полка были исключительно кабардинцы, только в 4-й сотне был взвод балкарцев, то есть горных татар, родственных кабардинцам, живших в верховьях Терека и покоренных Россией в 1882 году. Главным их аулом был Куниш. Что касается обоза, то его обслуживали солдаты, так как кабардинцы считали для себя неприемлемым и позорным служить не в строю.

Большинство всадников-кабардинцев явились в полк с собственными конями, седлами, шашками и кинжалами. Казенными были лишь винтовки и пики. Формой полка служила обычная одежда кабардинцев: длинная, значительно ниже колен, черкеска черного цвета (у кабардинцев не были приняты цветные черкески), черный же бешмет, невысокая черная каракулевая папаха с белым верхом и белый же башлык. На ногах – чувяки с ноговицами или сапоги. Бурка – черная. На второй год войны кабардинский народ прислал в подарок офицерам своего полка прекрасные бурки серого цвета, специально для них сделанные. Погоны в полку были у офицеров серебряные с синим просветом и бирюзового цвета выпушкой, с буквами «К. Б.». У всадников погоны были с теми же буквами на синем поле. Благодаря этой форме фронт выстроенного полка поражал глаз своей величавой суровостью, что соответствовало и самому характеру кабардинского народа, чрезвычайно сдержанному, степенному и скупому на выявление чувств.

В полку имелся хор трубачей и несколько зурначей. Ответом на приветствие или похвалу начальника служило выражение из Корана «Берикет бе-сен!», что значило в переводе на русский язык «Да будет с тобой благодать Божия!». В племенном отношении состав офицеров был смешанным: кроме русских, были грузины, осетины, кабардинцы и балкарцы. Первые же бои выдвинули из рядов многих всадников, произведенных за отличия в прапорщики. В полку из них оставались, однако, лишь принятые голосованием общества офицеров. Таким же голосованием решалось и принятие в полк новых офицеров, выпускаемых из военных училищ или желавших перевестись из других полков. Уже после революции какими-то судьбами попал в полк никому не известный прапорщик из пехотного училища, по национальности грузин, крайне левого направления, но удержался он в полку недолго.