К вечеру все затихло. Ночь опять была темная, но очень теплая. Мы лежали на обратной стороне дюны, на еще теплом песке. Петр проходил вдоль линии, остановился и уселся. Как всегда, стал философствовать. Отчего-то разговор пошел о популярности, почему некоторые люди популярны, а другие нет. Одни, он говорил, не делали никаких усилий, чтобы быть любимыми, и тем не менее их все любили. Другие, наоборот, были со всеми любезны, вели себя прекрасно, а их отчего-то не любили. Я вдруг понял, почему он поднял этот вопрос, хотя он никого не называл.

– Что ж, и очень хорошему человеку может чего-то недоставать, тем не менее такой человек может быть всеми уважаем.

– Да на чем это все основано?

– Трудно сказать, но думаю, что человека искреннего всегда любят больше.

– Но что, если человек сдержанный, или был воспитан очень строго, или у него комплекс неполноценности и он боится сделать ошибку, или просто скромный? – сказал Петр.

– Да все это возможно, но люди не разбираются и могут думать, что человек неискренний.

– Ты прекрасно знаешь, о ком мы говорим.

– Да, знаю, он очень хороший человек, но мне с ним разговаривать трудно.

– Я тоже говорить с Сергеем не могу.

– Разве это важно – быть популярным?

– Может быть, не важно, но это помогает солдатам. Что они о нем думают?

– Говорят, что он никогда не ругается, в карты не играет, не пьет, не курит и за девками не таскается, значит, будто бы что-то скрывает. И ты и я знаем, что он просто так воспитан.

– Но тем не менее мы оба с ним говорить не можем.

– У меня ничего с ним общего нет, о чем…

– Ш-ш… молчи… слушай…

– По звуку – кавалерия.

Петр поднял бинокль и стал смотреть в темноту.

– Вот, смотри… туда…

Я взял у него бинокль и посмотрел. Я был удивлен, что можно видеть так далеко во тьме.

– Это конный разъезд.