Мир праху твоему, маленький, никому не известный герой!

По дороге в Ялту нужно было заехать на хутор Безелер, повидать командира дивизиона Ковалинского, получить соответствующее удостоверение. Здесь узнал, что едет в Ялту также штабс-ротмистр Мейер, блестящий офицер и хороший товарищ. Сидели как-то мы с ним в 3-м классе Суворовского корпуса на одной парте. Из Безелера на тачанке днем 22 марта отправились все втроем в Джанкой, удачно попали на отходивший в Севастополь поезд и приехали туда той же ночью. Переночевав в гостинице «Киста», на другой день в шесть утра я раздобыл автомобиль, и мы понеслись в Ялту.

Прелестный день. Солнце временами сильно припекает. Живописная, чарующая природа… Вот и Байдарские Ворота, и дух на минуту схватывает от необычайно сказочной, развернувшейся перед глазами панорамы… У ног бездна – «васильковое» море… Автомобиль спускается быстро, мелькают одна за другой татарские деревушки, Симеиз, Алупка, Ливадия… Вот и Ялта…

Но что такое?.. Ялту не узнать… Куда девалась беспечная, веселая, гуляющая по набережной толпа?.. Люди как угорелые носятся взад и вперед. Все чем-то озабочены… Знакомые куда-то торопятся, не замечают, не узнают… Что-то случилось… Мы с Мейером в недоумении.

* * *

Оказывается, в «Обде» вывешено только что полученное по телеграфу известие – «Перекоп взят красными. Добровольческие части отступили на Джанкой».

Известие это поразило нас с Мейером. Каких-нибудь тридцать часов, как мы оттуда; все было спокойно… Перекоп и Сиваш твердо оборонялись, и не было ни малейшей мысли об отступлении. Наоборот, последние дни большевики, после неудачной попытки переправиться ночью через Сиваш, в месте расположения нашего эскадрона, не предпринимали никаких активных действий.

Паника в Ялте все увеличивалась и увеличивалась. Передавали, что большевики уже в Симферополе, что передовые их отряды заняли Алушту. Все устремились к молу…

Под вечер на горизонте безграничного моря вырисовывались контуры только что прибывших и ставших на рейд пароходов: «Ризе», «Бештау», «Посадник», предназначенных для эвакуации. У мола стояли два английских миноносца – «72» и «75». Ночью же пришел дредноут «Мальборо», для того чтобы принять Государыню Императрицу, Великую Княгиню Ксению Александровну с семьей и Великих Князей Николая Николаевича и Петра Николаевича.

Мол был заполнен вещами и публикой. Вместе с семьями офицеров, аристократией, дворянством, буржуазией бежал и простой народ, лавочники, швейцары и пр. Уже два парохода, наполненные беженцами не только из Ялты, но и из окрестных мест, отошли в Новороссийск. Мол все же оставался заваленным вещами и людьми. Откуда только брались они. Но вот стал известным ответ Великого Князя Николая Николаевича англичанам, что он воспользуется их предложением сесть на дредноут и покинуть берега России только тогда, когда последний русский, желающий уехать из Крыма от большевиков, сядет на пароход.