Кому-то может показаться нескромным такой заголовок — я бы назвала иначе, но именно об этом шла речь, когда у меня брал интервью корреспондент «Московского комсомольца» в марте 1999 года. Отвечая, сослалась на Марка Твена, который в одном из своих рассказов утверждает: «На свете очень много гениев, только зачастую ни они сами, ни их близкие не догадываются об этом». Добавлю: я догадалась, что мой мужчина гениален, — каждая секунда, — проведенная с ним рядом, была интересна, словно он вырабатывал особое творческое поле, мощную энергию, которая заряжала меня, втягивая в творчество.

Большой соблазн выплакать свое горе, сказать, как мне сейчас его не хватает. Я, подобно аккумулятору, который периодически нуждается в подзарядке, жила себе поживала, получая регулярно эту энергию.

И вдруг — полный обрыв. Апатия. Мне расхотелось жить.

Прошло время, мой жизненный тонус с трудом, не без помощи хороших друзей, понемногу восстанавливается. Но истинное восстановление произошло, когда я, преодолев душевную пустоту, окунулась вновь в мир мужа, в его книги, — особенно в многочисленные записные книжки, тетрадки, в которые заглядывала раньше, только если он сам приглашал меня. Сделав меня своей полной, единственной наследницей прав, он отдал мне все свое прошлое и будущее на земле, и я снова стала получать, хоть и не в той мере, как при его жизни, но достаточную энергию, чтобы жить. Вот тогда-то и почувствовала, что должна написать о нем.

Теперь, когда его нет, с особой отчетливостью сознаю, что мне достался «штучный» мужчина. И это говорю не я одна, а все женщины, знавшие его.

Утверждение «сила мужчины в его женщине» — справедливо с точностью до наоборот. Не знаю, было ли мое влияние на его жизнь и творчество заметно, но меня во многом создавал он.

В чем таился главный козырь наших гармоничных отношений? Не в том ли, что мы, отличаясь по темпераменту, вместе с тем дополняли друг друга?

Простой пример. Мы мчимся на наших «Жигулях» по немецкому автобану, где допустимая скорость 90 км в час — непривычная роскошь, потому что на наших дорогах тогда, тридцать лет назад, негде было так разогнаться. Если за рулем я, то, поставив ногу на «газ», так и держу скорость — стрелка спидометра не шелохнется. Даже скучно. Но вот за руль пересаживается Боря — и стрелка скачет, она словно резвится: то зашкаливает за 100, то показывает 80. Весело. Его нога все время в движении, как и он сам.

Я могу часами равномерно и терпеливо выкашивать газон электрокосилкой, проходя ряд за рядом. Газон — как из магазина, ровненький. Боря с косилкой ходит, фантазируя: он выкашивает только понравившиеся участки, оставляя для меня неугодные ему.