И все же я был намерен не возвращаться к этому. Эпоха закончилась. И он это знал. Поэтому он собрал всю группу в Бостоне, в специальной комнате в подвале для встреч, и сказал:

– Стивен снова чокнулся. Надо позвонить его жене.

Он поднялся наверх и начал ее набирать. Чисто из сраной мести. Джо охренел, когда он это сделал.

– сладко-потного флоридского разврата, известного человечеству. Я ходил с ним в клубы по три раза в неделю. Повсюду девушки, сиськи, стринги, как в «Сумасшедших девчонках». На каждом шагу. Самое криминальное, что я делал, – это желал им спокойной ночи.

– Ты уходишь, малыш?

– Ну, дамы, если хотите, можете проводить меня до отеля.

– Ладно!

И три или четыре проводили меня почти до главного входа в отель «Марлин». Я сказал:

– Ладно, девочки, на этом все. Дальше я пойду один. Чтобы я мог вернуться к написанию текстов и рассказать еще не рассказанные истории. – Святой, говорю же вам.

Выйдя из кабинета Тима, я выскочил за дверь и поехала в Санапи, чтобы пригласить домой своих детей, вытирать мух с окон – все мои любимые занятия. На обратном пути в Бостон я остановился у будки, съехал на обочину и позвонил Терезе. Она истерически рыдала.

– Детка, скажи мне, – сказал я, – почему ты плачешь?

– Я скажу тебе, почему, – ответила она. – Мне позвонил Тим и сказал, что ты трахаешься с другими девушками и все еще сидишь на наркотиках, поэтому и поехал один в Нью-Гэмпшир.

Как он был хорош – все эти хитрые мелкие детали! Она просто взбесилась. Он двадцать минут держал Терезу на телефоне и кричал на нее. К тому времени мы были женаты уже восемнадцать лет.

Повесив трубку, я позвонил Бобби Хирну (моему спонсору из ОАА).

– Бобби, лучше приезжай ко мне домой в Маршфилд и убери оттуда все пушки, или я, блядь, возьму одну и застрелю Тима Коллинза. Я в таком бешенстве!

Я просто спятил! Сейчас я не позволяю себе оказаться в таком состоянии, потому что в моей жизни не осталось людей, которые могут меня до него довести.

Теперь мне пришлось разбираться с женой. Я избавлялся от этого гнева две недели, каждый день.

Тим позвонил в офис группы после того, как я сказал, что все кончено. Мы с Джо писали песни вдвоем, так что ребята из группы и так на меня злились, поэтому Тиму легко было переманить всех на свою сторону.

На следующий день я пришел в нашу студию для репетиций и обратился к своему партнеру, Джо: