29 июля 2010 года. Мы в турне во Франции, и Кара Диогуарди пишет мне, не думал ли я о том, чтобы стать судьей «Американского идола», потому что сама она больше не хочет этим заниматься. Я не знал. Поэтому спросил, как придурок: «А у него все еще высокие рейтинги?», она ответила мне: «Да!», поэтому я такой: «Ну, я тебе перезвоню».
В начале июля я сижу в самолете, мы возвращаемся из Англии, чтобы закончить тур в Америке, и в самолете показывают фильм «План Б». Уже ходили слухи по поводу того, что я займусь «Американским идолом». Мой внутренний следователь допрашивал меня: «Ты сможешь, Стивен? Ты этого хочешь, парень?» И я ответил ему: «Вообще-то, да».
Когда мы отправляемся на гастроли в новое место, я люблю приезжать на два дня раньше группы, потому что мне нравится гулять, чувствовать город и хорошо отдохнуть перед первым концертом.
Когда мы отправляемся на гастроли в новое место, я люблю приезжать на два дня раньше группы, потому что мне нравится гулять, чувствовать город и хорошо отдохнуть перед первым концертом.
Три недели спустя мы готовимся начать американский тур во Флориде. И вот тогда я сказал: «Все, я просто, блядь, соглашусь» – и подписал бумаги. Группе я пока не говорил.
Когда мы приехали в Вегас, Джо врывается ко мне в гримерку и нападает на меня:
– Какого хуя тут творится?
– А что? – прикинулся я невинным.
– Почему я узнаю об этом из прессы? Почему ты мне не сказал?
– Да ладно, дружище, – ответил я, – два месяца назад вы пытались выкинуть меня из группы, так что я нашел себе работу, чтобы на что-то рассчитывать, пока вы тут решаете, что вам делать.
Сейчас все это в прошлом. Херня, которая происходит из-за того, что жены уговаривают на что-то парней из группы. Когда мы на сцене, ничего из этого не происходит. Но дома жены начинают склевывать им весь мозг.